Она уже мертва

И в Москве жил парень, который так нравился обеим старшим девочкам. Как же его звали?

Наверняка ему пришлось пережить то же, что и Маш: допросы уж точно. Скорее всего, он не имел отношения к исчезновению Асты, иначе Белка обязательно узнала бы об этом. Из разговоров отца с тетей Верой, ведь об анонимном письме она сочла нужным упомянуть!

– …Потом я долго думала – кто бы мог это сделать. Тот, кто ненавидел меня. Нас с Миккелем. Или хотел спихнуть вину за то, что совершил сам. Слабо соображающая мелюзга не в счет.

– Деревенский дурачок?

– Он и говорит-то с трудом, уж не знаю, умеет ли он писать. А письмо было написано складно. Доходчиво. Со знанием дела. Самый настоящий пасквиль. Не думаю, чтобы у даунито хватило бы мозгов состряпать такую изящную комбинацию.

– Ты говорила о двоих. Кто же второй?

– Вариантов чуть больше, чем ты думаешь. Например, сама старуха.

– Старуха относилась к нам нормально.

– Себе-то не ври, ангел мой. Она вас терпеть не могла. Зато любила писать письма. Терроризировала наших с Ростиком предков своими поучениями и описанием быта. У меня до сих пор где-то валяется целая пачка.

– У нас целых две таких пачки, что с того? Бабка просидела здесь сиднем всю жизнь, никуда не выезжая, а штамп на том письме был московским.

– Передала с кем-то.

– Уж не с тобой ли? Восьмилетним сопляком?

Маш и Шило так увлечены словесной перепалкой друг с другом, что не замечают не только унылого официанта Миша, но и Белку. Самое время выйти из-за стойки сетевого кафе, где она подвизается администратором, и попросить шумный столик вести себя потише.

– Не годится, – сказала Белка.

– Что – не годится? – повернувшись к ней, хором спросили Шило и Маш.

– Ваши домыслы о бабушке.

– Его, – Маш ткнула пальцем в главного поставщика версий.

– Мать Асты приезжала в Питер после того, что случилось. И рассказала отцу о том письме. Думаю, она объехала всех в надежде узнать хоть какие-нибудь подробности. И наверняка побывала и у вас, Шило.

– Да, – после небольшой паузы признался Шило. – Этот факт имел место. Но я понятия не имею о письме.

– Я тоже узнала о нем случайно. И впервые услышала имя Инга.

– Кто такая Инга? – удивилась Маш.

– Наша родная тетя. Так утверждает Белка.