Она уже мертва

– Иди сюда, детка. Шепни мне на ухо о том, что знают все. Смелее, не бойся.

Маш явно провоцировала свою молодую кузину на скандал, выманивала на просторы гостиной, к отрогам стола: туда, где все неожиданно подчинились ей. Все до единого – так почему Тата должна стать исключением?…

Но она даже не сдвинулась с места – девушка, с которой Полине так неожиданно захотелось подружиться. Она осталась на лестнице, и именно оттуда полетели в Маш тяжелые, как булыжники, слова:

– Все здесь знают, что в том, что случилось тем летом, виновата ты.

Стоило только Тате произнести это, как в гостиной воцарилась гнетущая тишина. И в самой сердцевине этой тишины, подобно насекомому в янтаре, застыла Маш – с искаженным болезненной гримасой лицом, растерянная и жалкая. Постаревшая сразу на пару десятков лет.

– Ложь! – прошамкала старуха Маш ввалившимся ртом. – Гнусная, омерзительная ложь. Я и пальцем ни к кому не прикасалась! А ты – просто сволочь, если распространяешь эти слухи. Дрянь.

– Может быть, и дрянь, – спокойно ответила Тата. – Но не убийца.

Первым опомнился Шило. Он крякнул, почесал всей пятерней в затылке и произнес совсем уж нелепое:

– Не ссорьтесь, девочки.

Маш, наконец-то вновь овладевшая собой, захохотала.

– Разве здесь кто-то ссорится? Здесь обвиняют в убийстве… Что, дрянь, ради того, чтобы завладеть этим сраным домишком, все средства хороши?

– Еще как при чем! Дом на побережье всегда при чем. Думаешь, я не понимаю, для чего ты затеяла разговор?

– Чтобы наконец докопаться до истины.

– А вот и нет, дрянь, вот и нет! Ты просто решила убрать конкурентов. Хочешь, чтобы я уехала, не дождавшись оглашения завещания. Чтобы мы с Миккелем уехали… Отказались от своей доли. Чем меньше соискателей на бабкино имущество, тем лучше, да?

– Имущество меня не интересует, – Тата надменно приподняла бровь.

– Жаль, что эта шутка не вошла в КВН! Кто же поверит, что голозадой провинциалке не нужен кусок земли, который стоит миллионы?

– О чем это она? – тихо спросила Полина у Али.

– Не между родственниками, а между внуками. И только теми, кто будет присутствовать в кабинете нотариуса. Такова была последняя воля бабушки, – шепотом ответила та. – Ты не в курсе?

– Странно. Все были оповещены…

– Кто-нибудь еще думает так, как думает эта дрянь? Что я – убийца? – повысила голос Маш, обведя взглядом стол.