А что есть у меня? Проклятый дом и… магия, которая подпалила, может быть, чьего-то соседа или друга.
Но остаться в стороне? Нет, я не могла. На собственной шкуре знаю, каково это – беспомощно лежать, раздавленной обстоятельствами, и видеть, как равнодушный мир проходит мимо.
– Ничего страшного, – сказала непринуждённо. – Переживу.
Женщина несмело улыбнулась, а после протянула ко мне руку.
– Прошу вас, зайдите ко мне. Я напою вас чаем. Хоть какая-то благодарность за… – женщина осеклась и невольно погладила набухшую, от удара щеку.
– Совсем небольшая, – продолжила она, – но от всего сердца.
Чай. Это слово прозвучало интригующе. К тому же, вспомнив, что дома у меня нет ничего, кроме растопленного снега, я почти сразу согласилась.
Пройдя через мрачные прилавки, я оказалась на такой же мрачной кухне.
Печь сейчас стояла холодная, с зияющим чёрным зевом, похожим на беззубый рот старика.
Кое-где на полу была рассыпана мука – бледные призрачные следы недавней стряпни. Под ногами хрустели мелкие крупинки. Света была мало: скудные лучики света, пробивались сквозь единственное закопчённое оконце.
"
"Меня усадили за массивный стол, покрытый паутиной трещин. Часть его поверхности была густо присыпана ржаной мукой, а рядом возвышалась глиняная миска с расстоявшимся тестом.
“Хорошо. Дрожжи в городе есть” – подметила я себе.
Чаем оказались обыкновенные высушенные ягодные листья.
– Попробуйте, – произнесла хозяйка пекарни, – своими руками собирала.
Женщина сыпанула в кружку щедрую горсть тёмных, почти чёрных ягодок, сморщенных от сушки.
Но как только они коснулись кипятка, по кухне разлился одурманивающий аромат – сладкий, смолистый, с нотками мёда.
Я подула на горячую воду, сделала осторожный глоток и… не смогла сдержать удивлённого вздоха. Это было безумно вкусно. Не чай, конечно, в привычном нашем понимании, а что-то совершенно особенное. Сладкий, с благородной терпкостью и едва уловимой кислинкой напиток, впитавший в себя всю сущность короткого, но невероятно яркого северного лета.
Каждый глоток раскрывался новыми оттенками вкуса, как будто я пила концентрированное солнце, росу на спелых ягодах и свежесть прохладных вечеров одновременно.
Я никогда не думала, что в одной кружке может уместиться столько воспоминаний.
К тому же я ощутила странное тепло, растекающееся по телу. Словно внутри меня зажёгся крошечный огонь, который постепенно разгорался, достигая самых холодных и тёмных закоулков души, наполняя их светом и покоем, какого я не испытывала прежде.
