Все будет хорошо, так?
Бегу в душ, где снова чищу зубы пальцем, — интересно, уже можно оставить у него свою щетку? Или это только для тех, кто в законных серьезных отношениях? А у нас пока какие?
Нахожу свои выстиранные и высушенные джинсы, футболку и лифчик возле кровати, на кресле. Наверное, Платон принес.
Расчесываюсь найденной на дне рюкзаке расческой. А вот линзы хоть убей не помню, куда дела. Перед тем, как принять душ после первого раза, я сняла их. Но в рюкзаке нет.
Придется обойтись очками.
Но вспомнив, как Платона перекосило, когда он увидел меня в очках дома, прячу их обратно в рюкзак.
Справлюсь и так.
Перед тем, как покинуть комнату, в последний раз осматриваю себя в зеркале. Мда, как будто ничего не делала. Видок у меня все равно такой… хорошенько оттраханный.
В квартире тихо, только Платон монотонно разговаривает на кухне, похоже, по телефону. Завернув за угол, действительно вижу, как Платон, одетый по-домашнему, ходит вдоль окна, кивая невидимому собеседнику.
Светлая футболка обтягивает его широкие плечи, а мягкие спортивные штаны подчеркивают по-мужски узкие бедра.
Деталей без линз не различаю, и это обидно. Ведь пускать на него слюни я теперь могу, не таясь.
Платон устало трет лоб, смотрит в ежедневник, который держит в другой руке. Судя по серьезному тону ревновать не стоит.
— Да, значит, так… До понедельника, — наконец-то прощается он.
Откладывает телефон, ежедневник и тяжело вздыхает, глядя в панорамное окно. Ерошит свои волосы. Кажется, дела складываются не очень хорошо.
Подхожу сзади и обнимаю, прижимаясь щекой к его спине.
— Привет…
Платон касается моих переплетенных у него на груди рук.
— Привет, соня.
Оборачивается ко мне, оставаясь в кольце моих рук, легко целует в губы и шепчет:
— Как ты?
— Нормально.
— Ничего не болит?
— А должно?
Он криво улыбается.
— Просто ты вчера как с цепи сорвалась… Похоже, секс у тебя бывает не часто.
Кусаю губы, жаль, глаза деть некуда.
— Или я неправ?
— Прав, — отвечаю шепотом. — У меня даже отношений толком не было.
Качая головой, Платон разрывает наши объятия и идет к плите.
Зря я это, наверное, сказала? Что с ним? Не хочет связываться с неумехой?
— Слушай, — иду следом за ним, — я помню, что ты не хотел свиданий, отношений, вот этого всего. Ты раз сто мне это повторял и сейчас не думай, что со мной будут какие-то проблемы только потому, что у меня еще не было нормальных парней…
Платон быстро разбивает на сковороду яйца, мешает их лопаткой, а потом тянется к тарелке.
