Перчинка для мажора

Оказывается, что это коктейль наподобие отвёртки. Пью залпом, чувствуя, как рыдания и правда отступают…

Ставлю бутылку обратно и вытираю рот внутренней поверхностью руки.

Вейн всё это время смотрит на меня. Но в его взгляде ничего нет… Ни интереса, ни нежности, ни сочувствия… С таким же успехом он мог бы смотреть на пустую неоштукатуренную стену – полное равнодушие.

- Ты что-то хотела? – вдруг спрашивает он.

Я не могу понять, как он может быть таким жестоким… Неужели он и правда не понимает, зачем я пришла?

- Почему… почему… - я делаю глубокий вдох, чтобы унять дрожь в голосе.

– Почему ты так себя ведёшь?"

"- Как? – наконец, его красные глаза встречаются с моими.

- Вот так… - я неопределённо машу руками в воздухе.

- По-моему, я веду себя как обычно, малышка Кари, - его чувственные губы изгибаются в противной усмешке. – Что тебя смущает?

Я не нахожусь, что ответить, но мой взгляд то и дело задерживается на лежащей сбоку от него девушке. Её лицо скрыто под тёмными волосами – не разглядеть.

Судя по тому, что она никак не реагирует на слова Вейна, девушка пребывает в полной отключке. Неужели он только что занимался с ней сексом? Внутри всё неприятно скручивает, а к горлу подступает только что выпитое…

- А, это… - парень ловит мой нервный взгляд, обращённый к спящей на нём девушке. – Хочешь присоединиться к нам?

Он издевательски водит бровями вверх-низ, а потом хлопает по покрывалу, приглашая меня, словно я собачонка.

- Запрыгивай, Кари.

В этот момент внутри у меня всё вскипает.

Безумно хочется ударить его! Расцарапать лицо! Вызвать в этом придурке хоть какие-то настоящие чувства!

- Ты урод! – задыхаясь, начинаю я. – Я тебя ненавижу!

- Ненавидишь и хочешь? – спокойно усмехается он. – Ведь ты за мной сюда пришла, правда? Хотела повторить вчерашний опыт?

Его красивое лицо сейчас кажется мне почти дьявольским… Гнев сменяется опустошением… я обречённо обнимаю себя руками, чувствуя, как внутри меня что-то безвозвратно ломается… словно кто-то скручивает кости, доставляя дикую, невыносимую боль…

- Вот только, наверное, - продолжает рассуждать вслух Вейн.

– Малышка Кари не знала о нашем с Блейком правиле.

Словно мазохистка я зачем-то продолжаю стоять на месте и слушать то, что он мне говорит.

- Правиле касательно повторного секса. Видишь ли, - Вейн глубоко затягивается. – Спустя двадцать четыре часа после первого траха, объект перестаёт меня интересовать, - он больше не смотрит мне в глаза, а утыкает взгляд в потолок.