Первая леди для Президента

Она словно забыла про то, что сказала, и теперь смиренно ждала, когда ей в чашку нальют кипятка. Пользуясь моментом, Валя положила в чашку пакетик с чаем и насыпала две ложки сахара. Бабуля не заметила, она в окно смотрела.

– Гроза будет. И…проблемы.

Изрекла как-то очень уверенно. Хотя на небе ни облачка. Сумасшедшая она какая-то. У меня от нее мороз по коже и мурашки. Очень странно слышать ее изречения, когда словно мимо тебя глазами своими светлыми смотрит.

– Маринааааа! – в кухню забежала Анечка. Глаза огромные, испуганная, – Лизка заперлась в квартире! Что-то творит…они с Ромкой поссорились…она вся в слезах закрылась.

Я выронила чашку с чаем и побежала к квартире, но дверь, и правда, заперта изнутри.

– Лиза! Лизонька, ты что! Лиза, открой! Лизаааа!

Долблюсь в дверь, но никто не открывает.

– Черт, и из мужиков никого нет дверь взломать.

Бросилась на улицу, по пути хватая молоток возле двери, выбегая во двор.

– Стремянку несите! – закричала, глядя вверх на окно на втором этаже.

– Совсем рехнулась? Куда лезть с пузом? Ты что! Вдруг упадешь!

– Не упаду! Быстрее!

Сердце бьется сильно тревожно, так, что хочется кричать от ужаса и предчувствия нехорошего.

– Лизааа! – закричала еще раз с улицы. – Лиза! Немедленно прекрати! Лиза!

Черт! Что ж такое делается! Как я не заметила, что с Ромкой этим не просто взгляды! Вся в себя ушла, вся в свое горе. Идиотка! Это же его дочь! ЕГО! Я должна была смотреть! Обязана! Он мне их доверил! Женщины притащили стремянку, и я стремглав влезла по ней, только со второго раза разбила окно и ввалилась в квартиру.

– Бледная сильно! Губы синие! Что ты наделала? Что выпила, говори? Говори!

И по щекам ее со всех сил, чтоб в себя пришла, а она реветь давай, и изо рта запах керосина.

Еще раз по щекам все сильнее. Снаружи послышался сильнейший раскат грома, и начался проливной дождь.

– Марганцовку давайте, срочно. Пошлиии!

За шиворот девчонку и в туалет, на колени над унитазом.

– Быстро два пальца в рот. Несите воды теплой с марганцем и побольше!

Мне совсем нехорошо, и тошнота к горлу подкатывает, трясет всю. Как же так? Как же у меня перед носом.

Потом часом позже, Лиза плачет, уткнувшись мне лицом в грудь, худенькие плечи трясутся.

– Он меня целовал…трогал. Все красиво так было.