Письма (СИ)

Поцеловал её и мелкого брата. Сказал, что надо сходить в одно место. Он ничего не взял с собой! Даже без паспорта! Он не вернулся, и мы искали всю ночь. Результат — «ноль». Тетя Аня с утра была в полиции. Там, несмотря ни на что, приняли заявление. Но судя по этому письму, Фара решил не возвращаться. Он ушёл из-за твоего вчерашнего выступления.

— То есть это я виноват? — наступаю я на Ника.

— Да не стони! Никто тебя не обвиняет! — злится Ник.

— Почему ты решил, что это я писал тебе письма? — быстро говорит Макс, встревая в разгорающуюся перепалку.

— Твой гель пах так же, как его кожа!

— Это его гель! А не мой!

— Я случайно слышал разговор и понял, что ты не участвовал в драке! А на губе пластырь! А я прокусил ему губу!

— Он тоже не участвовал в драке. Он попросил нас ему подыграть. Не бить же меня, чтобы ссадину изобразить! Вот я и налепил пластырь.

— У тебя на шее цепочка с квадратным крестиком…

— Мы купили в Калининграде одинаковые, когда там были летом на соревнованиях.

— Ты… ты ухаживал за мной, когда я болел!

— По его приказу, так как его вообще не было в городе.

Ты бы подумал башкой! Кто, кроме него, смог бы тебя затащить на пятый этаж?

— Я думал. Я только и делал, что думал! Я думал, что чувство вины придаст силу любому. И не смейте меня обвинять! Я не сделал ничего, чтобы он влюбился! Более того, я не смеялся над ним, когда он стал писать письма. Я согласился встретиться. Я… я… я дурак…

Затыкаю ладонями уши, сжимаю виски. Ничего не хочу видеть, слышать, знать! Пусть уходят! Почему он не пришел сам? Его так задели мои слова? Его оскорбило то, что я «предпочел» Макса, а его кандидатуру рассматривал в качестве нелепой шутки! Это как Катька сказала – «не Фаре же предлагать играть Снегурочку!» Не Фару же любить!

Все молчат.

Все смотрят в пол. Слышно, как у соседей орет телевизор. Бодрыми фальшивыми голосами дикторы будят людей, втирая позитивные новости и бесполезные советы.

— Что теперь делать-то? — вопрос Бетхера звучит безнадежно безответным.

— Я подумал, может, у тебя с ним какая-нибудь обратная связь есть? — спрашивает меня Багрон.

– Какое-нибудь место, знак, чтобы отвечать на его письма!

— Нет. Никакой обратной связи.

— А в других письмах какие-нибудь подсказки, идеи, адреса, случайно вырвавшиеся?

— Нет. Ничего. Только всё время «прости», «мне плохо», «ты — супер».

— Может, он куда-то водил тебя?

— Только в кино. В Синема-парк, - и киваю в сторону Макса, — это, кстати, ещё одна причина, почему я на тебя думал.