Отчаянно пытаюсь зацепиться за край. Но у меня нет когтей. А лапы скользят. Рано или поздно я сорвусь вниз.
— Что ты станешь делать, раз тр*хать нельзя? — спрашиваю сквозь судорожный выдох, нервно облизываю губы. — Зачем эта игра?
— Ты моя.
От короткого ответа внутри оживает клеймо.
Загорается с новой силой.
Душа растравлена.
Растревожена.
Распята.
— Уходи, — говорю глухо. — Я хочу остаться одна.
Он подчиняется.
Моментально.
Даже щелчок закрываемого замка не облегчает задачу. Не помогает поверить в реальность всего происходящего.
Слишком явно данная сцена смахивает на галлюцинацию.
Я оглядываюсь.
Щипаю себя.
Больно.
Дожидаюсь, пока выровняется дыхание, возвращаюсь к зеркалу. Долго рассматриваю изувеченное тело. Стараюсь оценить трезво. Как бы со стороны. Пробую представить, будто в отражении не я. Постепенно привыкаю. Перестаю мелко дрожать.
Шрамы исчезнут после процедур. Синяки и гематомы сами сойдут.
Реабилитация проходит быстро.
Тело восстанавливается.
Кости срастаются.
А я — нет.
Я изменилась.
Надломилась.
Испортилась.
Я уже не вернусь.
Я не узнаю себя в зеркале.
Не узнаю собственные глаза.
Ощущение, будто постарела на десять лет. Минимум. Морщин нет. Просто выражение другое. Чужое.
Я теперь другая.
Я чужая.
Опираюсь о стену руками, ставлю ладони по обе стороны от зеркала, приближаю лицо к отражению практически вплотную. Не обращаю внимания на шрамы, не замечаю все эти позорные отметины. Смотрю в собственные глаза безотрывно.
Я чувствую его член.
До сих пор.
Везде.
Огромный. Твердый. Раскаленный.
Он вбивается внутрь, вколачивается, входит, как толстый деревянный кол, растягивает и распинает, распирает изнутри. Пульсирует, наливается кровью и сокрушительной силой. Выжигает огненные следы. Обжигает адским пламенем. Клеймит.
И фантомная боль охватывает тело.
Растекается под кожей.
Мучительно.
Медленно.
Наполняет до края.
Сильнее.
Еще.
Внутренности сводит тягучая судорога.
Я закусываю губу, чтобы сдержать дикий вопль.
Лихорадочно сглатываю. Ощущаю четкий привкус крови. Я опять там. В ожившем ночном кошмаре.
Я вижу монстра.
Чудовище.
Я вижу себя.
Он что-то сделал со мной.
А может, я всегда была такой?
Безумной. Чокнутой. Одержимой.
Господи.
Боже мой.
Сползаю вниз. Стекаю. На кафельный пол. Сгибаюсь пополам. Сотрясаюсь в беззвучных рыданиях.
Это пройдет.
Это просто надо пережить.
Нет, нет, нет.
Нервно мотаю головой. Дрожу так, что зубы ударяются о зубы, лязгают.
