— Просто я пока не уверена до конца. Надо подумать, оценить ситуацию.
Он отступает назад.
Я поднимаюсь с постели. Делаю шаг. Еще и еще. Я приближаюсь к заветной цели. Хотя ноги подгибаются от волнения.
Закусываю губу.
— Прошу, — настойчиво требую я. — Верни.
— Ты не готова, — бросает коротко.
— Я посмотрю.
Замираю.
В опасной близости.
— Ну пожалуйста, — выдаю настойчиво. — Разок взгляну и тогда решу точно.
— Нечего там смотреть, раз сомневаешься, — нарочито сурово отрезает он.
И это лишь подстегивает.
Вперед.
На лезвие ножа.
— Нужно время, — шепчу я.
— Верно.
— Я не могу решить так сразу.
— Знаю.
— Тогда позволь мне.
Замолкаю.
Остываю.
Изнутри.
Мы обсуждаем здание.
Мы?..
Я протягиваю руку. Я просто хочу забрать у него гипсовый макет. Пристально изучить, исследовать каждую деталь. Я думаю о бизнесе. Исключительно.
Он отступает.
Опять.
Мой черед загонять в угол. Прижимать к стене. Брать реванш. Пусть даже противник играет в поддавки. Пусть скрывает свою реальную силу.
— Отдай, — требую я.
— Возьми.
Поднимает руку, в которой зажата фигурка, над головой. Смеется. По-мальчишески, добро и открыто. Без намека на угрозу. Просто забавляется.
— Так нечестно, — хмурюсь.
— Неужели? — в темных глазах искрится веселье.
И на краткий миг я верю.
Что сумею победить.
Верю искренне.
Я забываю обо всех доводах разума. О тревожных инстинктах. О жутких образах, терзающих память.
Я бросаюсь к нему. Прижимаюсь всем телом, будто хочу вновь спаять нас воедино. Будто надеюсь на чудо.
Я пытаюсь отобрать статуэтку. Тянусь. Встаю на носочки. Едва достаю до мощной груди. Цепляюсь за широкие плечи, изо всех сил пробую ухватить желанный приз.
Ничего не меняется. Никогда. Не умею делать правильные выводы.
— Ты сам сказал, — выдыхаю. — Это подарок.
Он молчит.
Просто дышит.
Тяжело.
— Алекс, — шепчу я.
Сжимаю фигурку в руках.
Ловлю его взгляд.
Обмираю.
— Нет, — бормочу чуть слышно. — Нет, нет.
Отступаю.
Отшатываюсь назад.
Только поздно.
Игра заканчивается.
В мгновение ока.
Гипсовое изваяние выскальзывает из моих враз ослабевших пальцев. Падает на пол, раскалывается на части, разбивается. Обращается в пыль.
Я содрогаюсь. Сгораю в глазах дикого зверя. Дотла. Я открываю рот. Но закричать не удается. Вопль забивается. Глубоко в горле.
Боже мой. Прошу, пожалуйста. Господи.
Он хватает меня. Заваливает на кровать. Грубо. Резко. Единственным движением. Жестко вдавливает в смятые простыни. Раздвигает мои бедра. Толчком."
"Треск ткани.
