Подаренная ему

Я тихо всхлипнула, попробовала брыкнуться, но… Если сейчас он…

Одна его рука опустилась ниже, к моему лобку, пальцы проскользили по плоти. Я свела бёдра, понимая, что меня бьёт крупная дрожь. На глаза навернулись слёзы. Он выдохнул и перевернул меня на бок.

Я почувствовала, как мужчина раздвинул мои ягодицы, провёл ниже и снова погладил плоть.

– Хорошая девочка, – услышала я его голос, а следом руки пропали. Верёвка на запястьях ослабла, и я тут же прижала к себе ладони. Испуганная, уставилась на него. Его карие глаза потемнели, зрачки были большими и чёрными.

 – И без глупостей, – сказал он, убирая верёвку. – Ты порядком помотала всем нервы. Учти, выходки твои никто терпеть не станет, тем более, Александр Викторович. Не тот это человек.

Я натянула на себя одеяло. Прикрыла бёдра, грудь, живот. Чувствовала, как трясётся нижняя губа, а глаза наполняются слезами. Ещё раз глянув на меня, начальник службы безопасности повторил:

– Не делай глупостей, Стэлла, и всё будет в порядке.

В зале я потрудился знатно.

Вначале беговая дорожка, потом штанга и под конец – груша. Злость отступила, мысли в башке утряслись и встали на свои места, в мышцах чувствовалась приятная тяжесть. Осталось принять душ и… Подумав о запертой в спальне сучке, я повёл плечами. Сегодня я её заставлю как следует поработать. Для чего она, в конце концов, мне ещё нужна?

Вытерев шею, я швырнул полотенце на лавку и вышел из зала. Расположенный в левом крыле, он занимал большое помещение на первом этаже и был оборудован всем необходимым для того, чтобы можно было вышибить из головы дурь.

За два часа, проведённые тут, у меня это получилось. Проблемы с Вандором, накопившиеся дела на работе, неугомонная девчонка… Теперь же я чувствовал себя обновлённым.

Едва касаясь ладонью гладких перилл, взбежал по лестнице и, преодолев холл второго этажа, остановился перед дверью. Похлопал себя по карманам. Ключ нашёлся в правом. Достав, я подбросил его на ладони и хмыкнул. Если она вытворит ещё что-нибудь… Люблю девок с фантазией, но эта перешла все границы.

Утром я приказал начальнику службы безопасности развязать её. Надеюсь, урок она усвоила, и глупостей больше делать не будет.

Отперев дверь, я вошёл внутрь комнаты и сразу увидел девчонку. Подобрав под себя ноги, она сидела в большом кресле у окна и, отодвинув тюль, смотрела во двор. Услышав, как открылась дверь, повернулась и волком глянула на меня. В глазах всё то же презрение, губы плотно сжаты.