Покаяние пророков

За городом буранило от души, как в Холомницах, встречный снег фары пробивали на десяток метров, и Космач не заметил открывшихся перед машиной ворот и понял, что въехали на территорию новорусского городка, когда увидел вокруг подсвеченные башни замков и островерхие готические крыши. Тем временем «волга» вкатилась в еще одни ворота и оказалась в освещенном заснеженном дворе перед желтым деревянным теремом.

Парень в спортивной куртке бросил лопату, открыл дверцу толстяку, а выученный водитель — со стороны важного пассажира.

— Да ладно, не суетись, — сказал ему Космач. — И это не обязательно.

— Заходите в мой шалаш! — не без гордости и хвастовства сказал толстяк. — Не стесняйтесь, у нас все по-простому. Кроме сторожа тут никого нет.

Терем этот снаружи выдерживал древнерусский стиль, однако внутри все было сделано в американском: огромная комната была и кухней, и столовой, и залом, мягкая мебель стояла посередине и кругом; большие и малые тумбы, столики, круглые пуфы вместо стульев, вазоны с сушеными ветками, на стенах между окнами — буйная, но искусственная зелень.

И повсюду был стойкий запах дорогого табака, однако ни толстяк, ни водитель за всю дорогу ни разу не закурили.

— А кто тут надымил? — между прочим спросил Космач.

— Это не дым, — был почти мгновенным ответ. — Дезодорант с запахом табака. В прошлом я заядлый курильщик…

Хозяин помог раздеться, сам повесил шубу, однако ботинки снять не дал и тут же пространно объяснил свою позицию:

— Да что мы, в синагоге, что ли? Или в музее?.

. Это у нас не принято. Вы можете представить себе дворянина, офицера, который бы ходил по дому не в сапогах, а в шлепанцах?.. Вот, и я не могу. Надо чаще полы натирать, а не разувать гостей. Человек без обуви становится ниже ростом, появляется неуверенность в себе и некая зависимость от хозяина.

Он явно хотел понравиться, угодить, и вот это настораживало так же, как явный запах трубочного табака. За важную персону Космача принять не могли, дремучая борода, шуба — не та фактура, за большого известного ученого (взяли-то с квартиры академика) — тогда бы уж давно это проявилось, а то даже не познакомились…

Водитель уже хозяйничал на кухне, за деревянной решеткой.

Толстяк прикатил бар на колесиках, открыл его, но на стол ничего не поставил.

— Что хотите, на выбор? — Смотрел весело и добродушно.

— А с чего бы ради? В аэропорт хочу.

— Тогда выпьем коньяка. И не опьянеешь, и для куража хорошо.

— Живут же люди, — будто бы позавидовал Космач.