Порочная слабость

Но ведь все нужно было нарезать, разложить и расставить.

Именно этим и занялся верный друг Кирпич, вернее, он принялся командовать архаровцами, раздавая поручения каждому.

– Иди уже, пока ничего не разбила, – подтолкнул меня Славик в сторону Алексея.

А я не нашла в себе силы возразить. Пусть я и была временной хозяйкой этого дома, но моя совесть благополучно промолчала.

Ведь Леша ждал меня.

Видела по его взгляду. Ждал.

Я шла через коридор в свою спальню, где рядом с односпальной кроватью смешных размеров стояли детская кроватка и небольшое кресло, в котором расположился Леша.

Мой мужчина жадно следил за каждым моим шагом. А я, по-глупому, по-идиотски, пожалела, что выгляжу слишком просто. Легкий сарафан, носки в полоску и волосы, собранные в косу.

Я бы многое отдала за красивое, дорогое платье, которые покупали мне ребята во время моего заточения в башне Зверя.

Но платья не было. А был Алексей Сергеевич. Мой мужчина с безумно-диким взглядом. Взглядом, от которого молниеносно вскипает кровь.

Оказавшись в комнате, прикрыла за собой двери. Легкий щелчок оградил нас от громких голосов, от суеты, от прошлого, которое осталось во вчерашнем дне.

Взгляд, направленный на меня, обещал мне нелегкую судьбу спутницы Зверя. Нелегкую, но счастливую. Ведь этот человек любил меня.

Я видела по его глазам. Любил. Любит. И будет любить.

Возможно, я ошиблась. Но я предпочла жить в этом обмане рядом с Лешей, чем без него, в одиночестве.

Я прислонилась спиной к двери. Сердце ухало в груди. Рвалось.

А я не могла сделать шага вперед. Словно каждая мышца задеревенела, заледенела, застыла.

– Ты стала совсем взрослой, – вдруг сказал он.

Шепотом, едва слышно, с толикой тоски и тревоги. С нотками вины, которую, очевидно, чувствовал.

Но я улыбнулась. Я ведь сама выбрала свою судьбу. Выбрала его, Зверя.

Я легко шагнула к нему. Рухнула в его крепкие руки, которые едва ощутимо дрожали. Особенно правая ладонь.

А мое сердце сжали стальные тиски. Мне было больно от того, сколько вытерпел этот сильный и несгибаемый мужчина.

Я обхватила ладонями его лицо. Долго всматривалась в каждую черточку, ища различия с тем Алексеем, которого видела год назад.

Он изменился. Но и остался прежним. Тот же взгляд. Те же брови. Нос. Губы. Щеки, покрытые легкой щетиной.

Мой. Любимый. Желанный. Единственный.

– Леша… Лешенька… – выдохнула я, а его руки стиснули мою спину, потянули, усадили на колени.