Прикосновение полуночи

– Так ответь мне, и никто здесь не узнает, как ты потерял свой дом.

– Ты не расскажешь, – буркнул Гарри.

– Скажи мне правду, Гарри Хоб, или я скажу ту правду, которую ты не хочешь слышать.

Гарри уставился в пол. Он будто стал меньше и уязвимей, зажатый между двумя высокими стражами. Может, он играл в расчете на сочувствие, но если так – он плохо выбрал зрителей.

Дойл опустился на колени перед ним, заглядывая в глаза.

– Ну, Гарри, в последний раз: ты видел, как Онилвин убивал Беатриче и/или репортера?

Это "и/или" было сказано очень правильно, не то Гарри имел бы пространство для уверток, в случае если он видел только одно убийство, но не два.

Он ответил, не поднимая глаз:

Теперь Гарри поднял голову, темные глаза горели гневом:

– Нет, я не видел, чтобы лорд деревьев убивал мою Беатриче или человека.

– Тогда почему ты от него прятался?

– Я не знала, что он здесь схоронился, – сказала Мэгги-Мэй. – Может быть, Мра-ак, что он прятался не от древесного лорда.

– Очень хорошо, – оценил Дойл, поблагодарив ее кивком.

– Я увидел его. – За руки его держали, так что он мотнул головой в направлении такого же обездвиженного Онилвина.

Мы ждали продолжения, но он, похоже, решил, что этого достаточно. Дойл поторопил его:

– И почему ты решил спрятаться, едва его увидев?

– Подумал, что он был ее любовником-сидхе, вот как.

Я не могла удержаться. Я засмеялась. Гарри ответил мне мрачным взглядом.

– Прости, Хоб, но Онилвин даже меня не считал подходящей для себя партией.

– Благодарю, принцесса, – по-прежнему глухо проговорил Онилвин.

Я смерила его взглядом, которого он заслуживал, и сказала:

– Это был не комплимент.

– Тем не менее, – возразил он, – спасибо за правду.

– А кто, кроме ее любовника-сидхе, поперся бы сюда в одиночку? – спросил Гарри.

– Хороший вопрос, – сказала я и взглянула на Дойла. Он коротко кивнул и спросил:

– Почему ты оставил нас, Онилвин?

– Мне не доставляло удовольствия смотреть на принцессу в компании с другим.

Этого никто не стал оспаривать, но Дойл спросил:

– Так что ты решил начать опрос свидетелей самостоятельно, без приказа капитана или хотя бы разрешения твоего офицера?

– Вы все были, как мне показалось, очень... заняты. – Сарказм различался совершенно ясно, сломанный нос никак не помешал.