Проданная

Но понимала, что если он так распорядился — так надо, но меня снова сковывал страх. Я инстинктивно положила ладонь на живот, будто это не меня требовалось успокоить.

Квинт подошел, привычным жестом погладил мою щеку, и я потянулась за его рукой, будто еще и еще выпрашивала ласку. Он склонился к моему виску:

— Это ненадолго. Всего две недели. Последний визит.

— Донсон проводит тебя до самого дома Вария, чтобы убедиться, что ты добралась, и тебя приняли.

Я снова кивала, понимая, что хочу просто вцепиться в его черный жилет и не отпускать.

Подняла голову:

— Возвращайтесь скорее, мой господин. Я буду очень ждать.

Он легко коснулся губами моего виска:

— Я всегда возвращаюсь к тем, кого люблю.

Зашипела дверь. Квинт подтолкнул меня к очередному тайному выходу, даже не дав опомниться. Вплотную к стене был подан корвет. Нам с Гаар оставалось только сделать единственный шаг, чтобы попасть в салон. Прежде чем дверь корвета закрылась, я успела прошептать:

Донсон расположился рядом с пилотом, за переборкой.

Судно загудело, развернулось, огибая парковку, и вырулило в рукав. Вместо недавнего страха я чувствовала какое-то необъяснимое умиротворение. В ушах снова и снова звучали слова: «Я всегда возвращаюсь к тем, кого люблю». И я ликовала, мысленно слушая их снова и снова. Это было признанием. Тонким, но понятным. Впервые.

Все будет хорошо. Вселенная ответит. Она уже отвечает.

Я прильнула к окну, в желании посмотреть на сад с высоты. Если не считать того случая, когда меня привезли с Саклина, я ни разу не пролетала здесь.

Но тогда мне было совсем не до красот. Мельком обернувшись, я заметила, что Гаар делает то же самое, только смотрит в другую сторону. Мы вели себя, как дети.

На территории дома корветы стартовали медленно и низко, я десятки раз наблюдала это из сада. Делали разворот и проплывали над главной аллеей. Я прижалась щекой к стеклу, стараясь рассмотреть с высоты фонтаны и пруды. Оказалось, стриженные кусты, цветники и кварцевые дорожки образовывали вокруг водоемов сложные замысловатые узоры, похожие на искусную вышивку, а дорожки даже светились на солнце почти как точки на голове у Гаар.

С высоты даже цвета казались другими.

То тут, то там виднелись головы рабов, серые одежды. По аллее бежала стайка детей, раскинув руки и запуская летучие фигуры на веревке. Вдруг они остановились и низко поклонились. Я посмотрела немного в сторону и увидела синюю мантию Невия. Он шел у самых деревьев.

Я тут же отшатнулась от стекла, даже пригнулась.