Птицеед

Когда с церемониями оказалось покончено, я вернулся к двум отравленным покойникам и нанёс каждому по глубокой ране.

Во-первых, Вампиру требовалось набираться новых сил. Во-вторых, не желал кучи вопросов от моих товарищей.

— Странно они умерли. Что ты с ними сделал? — Голова сидел на корточках перед мертвецом.

Вот и старайся избежать вопросов, дери их совы.

— Люди обычно умирают, если их рубить, словно росскую квашеную капусту, — довольно недружелюбно ответил я. Горячка боя закончилась и вновь накатила глубокая усталость.

Болохов и Колченогий тщательно обыскивали покойников. Я же перезаряжал пистолет.

— Солнцесвета при них нет, — колдун выпрямился. — Возможно, есть и ещё кто-то. Прошли через наши врата?

— Не исключено, — ответил ему Голова. — Но не обязательно. Могли попасть и через другие входы. Случайная встреча?

— В первый раз их вижу. Денег у них в долг не брал, с их сёстрами романтических ужинов не проводил, об игре в донг не спорили.

Тим, как всегда, остался к моей иронии безучастен.

— Они что-то говорили?

— Бросай. Он один. Её с ним нет. Бросай, — любезно перечислил я всё, что услышал. — Ты умный парень, полагаю сможешь разгадать столь тайный ребус, найдешь к нему ключ и поймешь загадки мироздания.

— Тебя несёт, — взгляд у него выражал каменное спокойствие.

Я потёр глаза, признавая правоту его слов, и признался:

— Не самый удачный день.

— Ты жив. Укокошил толпу непонятно кого, а на тебе ни царапины. Так что не ной.

Логика — великая вещь. Логика умного человека — великая вещь вдвойне.

— Видел кого-нибудь из них раньше?

Он с задумчивым видом вытаскивал из карманов парня со штыком серебряные монеты. Они переезжали в карман нового владельца.

— Этот кажется знакомым, — кивок на труп. — Но не поручусь. Ты порядком подпортил ему лицо. Но вроде встречал в Шельфе, когда мы уходили. Куртка приметная. Алые полоски.

— Вы нашли следы колдуна?

— Нет, — Голова стал еще мрачнее.

— Вся эта история смердит тухлой сельдью, — Болохов всем видом показывал, как ему хочется уйти. — Маг Перламутровой ветви… потом эти господа. Нам уже пора двигаться обратно. Время давно вышло.

Где-то вдали запела седьмая дочь. А чего бы ей не петь? Я обеспечил и её и сестричек дармовым мясом. Как только уйдем, они устроят здесь развесёлое пиршество. Нажрутся на неделю вперед, так что прыгать не смогут.