Птицы Великого леса

Нечто упало на него сверху, вцепилось в плечо, впилось в голую кожу когтями, заухало, и Милош попытался сбить его рукой, вскрикнул, когда когти ещё сильнее сжали плечо.

В его руках остались выдранные перья. Совиные. Птица села на его плече, покрутила головой, встретилась взглядом с Милошем и моргнула.

– Ты Старшая сова? – с сомнением спросил он. Птица оказалась уродлива и будто больна, оперение её было столь редким, точно она прожила сотни лет. И пахла она паршиво. Если Старшая сова умирала, то эта, кажется, давно уже сдохла.

Милош снова посмотрел на тропу, по которой ушла незнакомка. Может, она могла привести его к Даре? Он переступил с ноги на ногу, с ужасом представляя, как придётся идти босиком и нагишом по заснеженному лесу.

«Старшая сова умирает», – он застыл, поражённый.

Старшая сова – это хранительница леса. Лесная ведьма.

Это Дара умирала, не сова, не птица, не кто-то другой, а Дара и вместе с ней и весь остальной Великий лес.

Милош сорвался с места. Иголки, ветки да шишки кололи босые ступни.

Он тихо вскрикивал от боли и ругал распоследними словами и лес, и Дару, и себя самого, но всё равно бежал изо всех сил. Сова сорвалась с плеча, пролетела над самой его головой, не опережая, а следуя рядом, точно пёс.

Лес окружил огнём, золотом и пеплом. На стволах вспыхивали знаки, мигали, точно светлячки. Тропа провела куда-то вперёд и вдруг резко оборвалась.

Летел пепел, сквозь него едва можно было разглядеть что-либо вокруг. Снег под ногами был разгорячённый, талый.

Чёрные стволы деревьев окружали, точно прутья решётки. Вдалеке за пожаром и деревьями сияло солнце, упавшее с небес на землю. Огонь в крови забурлил жадно, узнавая родной исток. Он, как и все чародеи, как и все, кто хотя бы частично принадлежал миру Нави, был соткан из золотого света и огня, что вырывался наружу в сердце Великого леса.

Но Милош не мог пока пойти дальше. Перед ним оказались беловолосая женщина, старик и обнажённая девушка, которую они держали за руки.

Дара.

Милош сделал шаг, сова снова села ему на плечо, он вздрогнул, когда острые когти сомкнулись на плече, обернулся, ведомый неизвестной силой, и увидел незнакомку, что привела его к Даре. Она выглядывала из-за деревьев, но не вмешивалась.

– Отпустите Дару, – произнёс Милош.

Мужчина и женщина повернули головы, замерли. В полном молчании Милош сделал ещё шаг, разминая пальцы, ощущая, как искры покалывали кожу.

– Милош, так надо, – произнесла беловолосая.