Разоблаченный любовник (Др. изд.)

На заснеженной земле, скорчившись и истекая кровью, лежал… Буч.

Желание позвонить Братству стало столь же сильным, как и воспоминание о ночном кошмаре. Но не глупо ли будет, если воины перезвонят ей и с раздражением скажут, что с Бучем все в порядке? Еще подумают, что она бегает за ним. Но господи… видение преследовало ее – он, истекающий кровью на белом покрове земли, беззащитно лежащий в позе эмбриона.

Но это лишь сон. Не более чем… сон.

Закрыв глаза, Марисса заставила себя успокоиться и дематериализовалась в центр города на террасу пентхауса тридцатью этажами выше земли.

Как только она обрела форму, Ривендж отодвинул створку одной из шести стеклянных дверей.

Подойдя к нему, она заставила себя улыбнуться.

– Ты ведь знаешь, мне всегда немного не по себе.

Он качнул в ее сторону золотой тростью с гравировкой.

– Нет, на этот раз дело в другом.

Боже, никто не понимал ее эмоций лучше его.

– Со мной все в порядке.

Он взял ее под локоть и провел внутрь, где Мариссу тотчас окутал тропический жар.

Рив всегда ставил такую высокую температуру, не расставаясь при этом с соболиной шубой до пола – пока они не переходили на диван. Девушка понятия не имела, как он терпит такую жару, но, похоже, Рив в этом нуждался.

Он закрыл раздвижные двери.

– Марисса, я хочу знать, что с тобой происходит.

– Ничего особенного, правда.

Она сняла плащ и повесила его на спинку хромированного черного стула. Три стены пентхауса были стеклянными, и раскинувшийся за ними вид Колдуэлла, разделенного надвое, являл им блестящие огни центра, темный изгиб Гудзона и над всем этим – звездное небо.

Декор в чисто минималистском стиле – элегантность черных и кремовых тонов… и Рив с его черным ирокезом, золотистой кожей и в соболях.

При других обстоятельствах она обожала бы этот пентхаус.

При других обстоятельствах, возможно, она обожала бы и этого мужчину.

Аметистовые глаза Рива сузились, когда он, опираясь на свою трость, подошел к ней. Этот мужчина казался просто огромным и сложенным, как брат; он навис над Мариссой, и его красивое лицо посуровело.

Она слегка улыбнулась. Подобные ему обычно ведут себя покровительственно, и Марисса не удивилась тому, что он готов ее защищать, хотя они не состоят в союзе.

– Мне этим утром приснился тревожный сон, я просто еще не отошла от него. Вот и все.

Когда он окинул девушку взглядом, у нее появилось странное ощущение: все ее эмоции – у него на ладони.

– Дай мне свою руку, – сказал он.

Она выполнила это без промедления.