Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Ви подошел к бару, налил себе полрюмки водки и залпом выпил. Несколько раз сглотнул, а затем сказал:

Все в комнате изумленно ахнули. Когда Рэт поднялся, словно не веря своим ушам, Ви налил себе еще одну рюмку.

– Что ты делал? – тихо произнес король.

– Я заставил его выпить немного своей крови.

Рэт обошел стол, стуча ботинками, словно булыжниками, и вплотную приблизился к брату.

– Он мужчина. Человек. О чем ты, черт побери, думал?

Еще водки. Определенно, нужно выпить еще.

Ви проглотил третью порцию и налил себе четвертую.

– Через свою кровь я смогу его выследить, поэтому и заставил выпить. Я видел… то, что должен был видеть. Поэтому поступил так и сделал бы это снова.

Рэт развернулся и прошелся по комнате, сжав кулаки. Пока король пытался справиться с потрясением, остальные выжидательно наблюдали.

– Я сделал то, что должен был сделать, – резко сказал Ви, ставя рюмку на стол.

Рэт остановился около французского окна, закрытого на день и не пропускающего свет.

– Он пил из твоей вены?

Несколько братьев кашлянули, словно призывая его к откровенности.

Ви выругался и налил себе еще.

– Ради бога, это не то, о чем вы подумали. Я подлил ему в стакан. Он не знал, что пьет.

– Проклятье, Ви, – пробормотал Рэт, – ты же мог его убить…

– Это произошло три месяца назад. Он справился, так что никакого вреда…

Голос Рэта прозвучал громко, рассекая воздух.

– Ты нарушил закон! Кормил человека! Боже!

И что прикажешь мне с этим делать?

– Донесешь на меня Деве-Законоучительнице – я не против.

Рэт приподнял очки и потер глаза – привычка, приобретенная им совсем недавно: так он делал, уставая от обязанностей короля.

– Если его пытали, он мог заговорить. Возможно, нас уже вычислили.

Ви заглянул в свой стакан и медленно покачал головой.

– Я гарантирую, что он скорее умрет. Таков уж мой приятель, – и проглотил водку, ощутив, как она потекла по его горлу.

А Рив не больно-то удивился, когда она ему позвонила, подумала Марисса.

Взяв черный плащ, она вышла через заднюю дверь особняка брата. Ночь опустилась только что, и девушка задрожала, но не от холода, а оттого, что вспомнила ужасный сон, который видела днем. Она летела, летела высоко над землей, летела над замороженным прудом, на дальнем краю которого росли сосны, миновала кольцо деревьев, пока не притормозила, посмотрев вниз.