Развод по-драконьи

Наш детский язык, где мы называли входы в центральный дворец номерами цветов из садового гербария, в качестве пароля использовали наши имена. Тайником называлась личная сокровищница Тео. Удивительно… сокровищница впускала внутрь только по оттиску ауры, и я думала, меня выкинули из допуска еще пять лет назад.

— Не могу, — шепнула одни губами.

Я не могла уйти. Бросить его раненного наедине с профессиональным убийцей, натренированным убивать высших дракониров.

— Нахаш Селье к вашим услугам, — разливался соловьем незнакомец.

— Один из лучших наемников Вальтарты, Ильвы и нижнего мира. Уверяю, вы не пожалеете, что пали от моей руки!

Он вдруг закашлялся и, извернувшись змеей, едва избежал удара. Теофас встал ровнее, принимая неизвестную мне стойку, и мягко повел мечом, срезая кружево азалий в том месте, где миг назад стоял наемник.

— Так не пойдет, — наемник выглядел уже не таким веселым. — Смерть принцессы уже оплачена. Видит великий дракон, я хотел сделать это как можно безболезненнее. Уж не вините меня, высокорожденные вейры.

Он щелкнул пальцами и из темноты на меня двинулись две неясные мужские фигуры, вот только обе выглядели как-то неправильно. С ними было что-то не так. И когда они вошли в полосу лунного света, я поняла, что именно.

Это были перевертыши.

— Беги! — на этот раз Теофас уже не отдавал команду, он боялся.

Или скорее боялся, что останется без вейры с полезной магией, обещавшей вытащить из него темный источник. Последняя мысль не причинила мне боли. Сейчас, в темноте, с обострившимися звериными инстинктами, человеческие чувства не играли роли.

Он мой самец, которого обхаживает смерть, поэтому я обязана вступить в бой, выигрывая Теофасу немного маневра. Интуитивно, в тандеме с внутренней драконицей, я ощущала наше неожиданное единство с драконом Теофаса.

Драконьим зрением я отслеживала, как Тео фехтует левой рукой, а правой перехватывает перевертышей, поочередно ломая им шеи, словно в нем тебе живут два разных человек, дерущихся сейчас спиной к спине. Да… Именно так сражается тень.

Я читала об этом, слышала от отца, смотрела реконструкции боев юных мальчиков-теней, которые рядом с Тео смотрелись кукольными неловкими спектаклями, поставленными на замедленный режим. Реальность была другой, плавной, молниеносной, страшной в своей неотвратимости.

По всей видимости, наемник тоже был тенью, что давало ему превосходство до этой секунды, вот только Тео побеждал. Незнакомец уже не был таким веселым, сражался сосредоточенно и хмуро.