Развод по-драконьи

Это звучало жестоко и логично, но почему-то неправильно. Ответить я не успела, двери храма накренились и провалились внутрь со скрипом и грохотом, разбивая мраморный пол. В проем хлынули перевертыши.

Люди окаменели, застыв на половине движения, словно на один миг остановилось само время. Несколько секунд стояла тишина, нарушаемая лишь шорох разбитого камня и судорожным дыханием загнанных в ловушку людей. А после вскрикнул от испуга чей-то ребенок, запуская цепную реакцию воя, плача и беготни. Люди обрушились со своей немалой драконьей силой на тыловую стену храма, набиваясь в узкие коридорчики и кельи храмовников.

Артефакты выколупывали из стен, обороняясь ими от перевертышей, будто заклятья сна или тишины могли спасти их от нападения.

— Ваше Высочество, нужно уходить, больше нельзя медлить!

Ферт схватил меня за руку и силой потащил прочь из храма, не обращая внимания на собственную руку, охваченную пламенем. Моя аура жгла и калечила.

Краем глаза я поймала Клео, пятившуюся к стене от одного из перевертышей.

Тот не мог ее тронуть, опасаясь амулетов, но и не отступал. Императрицу, поливавшую огнем нападающих, но огонь, лишенный императорской мощи, был слишком слаб для них. Храмовников, вставших плечом к плечу и вскинувших руки в защитном заклинании.

Я вырвалась из рук Ферта и как заколдованная вернулась в центр храма, пытаясь отыскать те самые руны, на которые встала в первый раз.

— Вы должны бежать! — Ферт снова попытался вытянуть меня из маленького круга, созданного моей силой.

— Теофас умрет, если вы погибнете, а если погибнет он, то и вам останется жить считанные часы. Связь слишком крепкая, созданная годами… Вы должны думать об Империи!

Связь слишком крепкая… Почему я не подумала об этом, когда они принуждали меня убить Тео? Мысль едва коснулась меня и растаяла. Все это больше не имело значения. Где-то на окраине сознания я ощущала ауру Теофаса, поливающего город императорским огнем, и это успокаивало, давало сил.

Поддавшись слабости, неслышно коснулась его сознания и почувствовала ответное касание, накрывшее теплой дрожью и светом.

— Уходи, Ферхавен, и ничего не бойся.

Мне хотелось оттолкнуть Ферта, но я побоялась до него дотронуться и даже перевести на него взгляд вдруг оказалось непосильной задачей. Его голос потонул в кровавом гуле магических потоков, перестраивающихся в моем теле каким-то новым, неизвестным узором. Магия рвалась на свет, и я отпустила ее.