Встрепенувшись, я подскочила с низкой тахты.
Ева! К моему облегчению, малышка совершенно спокойно лежала на животике и увлечённо грызла желтый резиновый кубик. Но мое спокойствие длилось ровно до того момента, пока взгляд не остановился на поверхности туалетного столика.
Громко охаю, когда вижу среди тюбиков с декоративной косметикой опрокинутую бутылочку со смесью. Черт! Я же собиралась покормить Еву, а потом появился Максим. Взрыв, внезапное потрясение…
Раньше мой мир четко делился на черное и белое, а тут все перепуталось.
Страх, отчаянье и предательская глубоко спрятанная радость. Поднимаю пластиковую бутылочку. Чего и следовало ожидать - смесь холодная. Проклятье!
Ева, заметив в моих руках знакомую розовую емкость, оживляется и тянет ручку вперед. Только вот проблема в том, что смеси больше нет. Те жалкие остатки в баночке всего-навсего жалкие крохи. Растерянно сжимаю бутылочку. Разогревать смесь повторно нельзя – все полезные вещества из нее уйдут, да и не безопасно это.
Как же быть?! Ева, будто почувствовав мое нарастающее беспокойство, капризно кривит ротик, а затем из маленьких легких вырывается достаточно громкий настойчивый плач.
Это заставляет меня мгновенно выйти из ступора. Да что же это я, в конце концов?! Мой ребенок есть хочет, а я глазами хлопаю, как дура малахольная. Бросаюсь к дочке и тут же подхватываю кроху на руки.
- Тс-с-с, маленькая, сейчас-сейчас, – покачиваю легонько на руках в надежде, что Ева быстро успокоится.
Малышка оживленно вертит головкой в поисках бутылочки.
Едва касаясь кожи, нежно глажу дочку по округлой щечке.
Ева поворачивается в сторону моих пальцев и требовательно открывает ротик. Что же делать? Дочка всем своим поведением дает знать, что очень хочет есть. Прижимаю темноволосую кудрявую головку ближе к груди и направляюсь в сторону коридора. Баба Люся в такое время уже дома, а мне всего-то минут пять надо для того, чтобы сбегать в ближайшую аптеку за смесью. Когда открываю входную дверь, вспоминаю слова, что сказал Максим прежде, чем покинуть квартиру: «И еще… Не советую шутить со мной, детка.
Еще никто не уходил от меня с тем, что я считаю своим. Запомни, Ангелина.
Никто!» - эта фраза звучит опасным предупреждением в моей голове. Резко останавливаюсь, сжимая круглую ручку двери. Но я ведь и не сбегаю! Делаю шаг за порог и испуганно охаю, врезаясь в чью-то широченную грудь, обтянутую черной рубашкой.
Высокий и могучий, словно дуб, мужчина смотрит на меня глубоко посаженными глазами.
