Родословная до седьмого полена

Что случилось в доме? Маша и Юра просили меня помалкивать, Женя посоветовал рвать зубами гипюр… В столовой сидит чудовище? К нам приехал в гости Дракула? Или в комнате упал потолок?

Ожидая всего самого ужасного, я вошла в столовую, увидела Дегтярева, который, сидя спиной к двери, мирно пил чай, и выдохнула. Все нормально. Посторонних нет, Александр Михайлович лопает запрещенную ему кардиологом сырокопченую колбасу. Все обычно. Только собак нет, что, учитывая еду на столе, странно.

— Кто там сопит? — недовольно прогудел полковник.

Я открыла рот, но ничего сказать не успела, толстяк оглянулся.

Только сейчас я по достоинству оценила подарок Коробко. Гипюровый платок баронессы заткнул фонтан вопросов, который рвался из моего рта.

— В доме варенья не допросишься, — сердито проворчал полковник, встал и вышел из комнаты.

— А вот и мы! — бодро оповестила Маша, появляясь в столовой.

Я плюхнулась на стул.

— Мусик, — хихикнула Манюня, — ты слишком ответственно относишься к моим советам. Когда я предупредила тебя о молчании, не имела в виду, что рот надо заткнуть в прямом смысле слова.

Я выплюнула платок баронессы.

— Господи! Что у Дегтярева с бровями?

— Здорово, да? — развеселилась Манюня. — Они похожи на клюшки, у переносицы широкие, загнутые вниз, потом истончаются и задираются вверх.

— Еще сегодня утром у Дегтярева было нормальное лицо, — прошептала я.

— Микроблендер, — ответил Юра, — он им воспользовался.

Я уставилась на зятя.

— Блендер? Прибор для готовки супа-пюре? Полковник приставил его к лицу, включил и получил огромные брови? Плохо верится в подобное.

— Мусик, — простонала Манюня, — нашла кого слушать. Юру! Не микроблендер, а микроблейдинг!

— Я так и сказал, — заспорил Юрасик, — микроблендеринг.

Маруся закатила глаза.

— И это мой супруг? Как жить с человеком, который не в курсе последних трендов?

— Блендинг, блендеринг, блайдинг… Как ни назови, я тоже понятия не имею, о чем идет речь, — призналась я.

— Муся, ты темнее пещеры неандертальца, — засмеялась Манюня. — Что у тебя над глазами?

— Лоб, — ответила я.

— Брови, — поправила Маша.