Ртуть

Я наблюдала через щель в двери ее спальни, когда приходили стражи, величественные и гордые, облаченные в свои золотые доспехи.

— Мужчина, у которого я когда-то училась. Элрой. Он любил ее. Она была красива и полна… огня. Время от времени он приходил в дом и что-то чинил. Но он никогда не домогался ее. Он был не таким. Сколько раз он заботился о ней, когда какой-нибудь дворцовый страж избивал ее в нашем доме… — Я покачала головой, рассеянно накручивая на палец прядь влажных волос Фишера.

— Она не хотела, чтобы я пошла по ее стопам, поэтому заставила его пообещать, что он возьмет меня работать в кузницу, как только я стану достаточно взрослой.

Мне было десять, когда я впервые вошла в его мастерскую. А моя мать? К тому времени она уже начала заниматься контрабандой. Все начиналось с кусков металлолома. То, что можно было переплавить в оружие. Поначалу Элрой с удовольствием помогал ей. Делал кинжалы. Небольшие ножи. Мама раздавала их своим подругам в «Доме Калы», чтобы они могли защитить себя, когда работали дома. Но потом она стала приносить домой мечи и щиты. То, за что ее могли убить, если бы поймали.

Мне было тяжело вспоминать, как в нашу дверь стучали посреди ночи, когда мама работала в «Доме Калы». Мужчины в масках впихивали мне в руки тяжелые мешки, а потом растворялись в темноте. Но я заставила себя это сделать.

— Вскоре после этого она поручила мне относить эти предметы из нашего дома в кузницу. Стражи не обращали особого внимания на тощего ребенка, спешащего на работу.

Прошли годы, и она начала знакомить меня с разными мужчинами…

У Фишера перехватило дыхание. Он постепенно расслаблялся, но теперь снова напрягся, его ноздри раздувались. Он не произнес ни слова, но я знала, о чем он думает.

— Не для этого. Они никогда не прикасались ко мне. Они показывали мне, где находятся входы в различные туннели. Те, что вели к подземным резервуарам, где Мадра хранила воду. Их было достаточно, чтобы обеспечить водой весь город, а то и несколько.

Они учили меня открывать баки и откачивать немного воды так, чтобы это было незаметно. Взламывать замки и карабкаться по стенам. Я научилась пользоваться кинжалами и метать их. Мятежник мог жить в доме, спрятавшись на чердаке, неделю или месяц. Иногда и два. Потом они менялись, и появлялся кто-то новый. Хейден ничего об этом не знал. Он был слишком мал, чтобы понимать большую часть происходящего, и не умел держать язык за зубами.