Есть в этом мужчине что-то, заставляющее меня отзываться на его близость.
И это что-то — не то, что нравилось мне в Ярославе.
Это другое, более резкое и грубое, бескомпромиссное. Это то, что есть во Владимире. То, что чувствовалось в нём всегда, с самого начала.
Его твёрдый и решительный характер, стальной стержень. Опора. Понимаю, что в нём есть всё то, чего мне иногда не хватало в Ярославе. Настойчивости и упорства.
Мои мысли кажутся мне кощунственным и за них нужно сжигать на медленном огне. Потому что я топчу мысленно память о Ярославе.
Но это мои мысли и чувства.
От них тяжело спрятаться. Некуда прятаться внутри себя.
Я отстранилась от Владимира, переводя дыхание. Я даже не заметила, когда начала дышать чаще.
— Володя… — позвала я.
— Да?
— Кажется, ты хотел сварить глинтвейн?
— Хотел, — немного хрипло отозвался Владимир, переместив руки мне на колени."
"Он опустил голову, переводя дыхание. Владимир был напряжён. Я обхватила его лицо ладонями, потянув на себя, и поцеловала в губы.
Он застонал, резко подавшись вперёд, и уже перестал сдерживать себя. Его губы и язык были невыносимо жадными и быстрыми.
Я ощущала всюду их жалящие прикосновения и чувствовала, что меня начинает трясти от того, что напряжение вырывается из тела именно так. Всхлипами, дрожью, судорожным сжатием пальцев на рубашке Владимира.
— Ещё… — попросил он, когда я разорвала наш поцелуй.
— Жадный.
— Очень. Ты мне понравилась с первого же дня! Хотел тебя всё время и продолжаю хотеть сейчас. Ты невероятная для меня… — шептал Владимир, вновь завладев моим ртом.
Он облизывал и посасывал губы, дразнился языком. Успокоился только когда почувствовал, как я трусь своим языком о его.
— А теперь посмотрим, что у нас есть.
Оказалось, нужно идти в магазин. Потому что у Владимира не было корня имбиря, бадьяна и кардамона.
Мы спустились и пошли в супермаркет, который был расположен неподалёку. На улице я держалась поодаль от Владимира.
Он ничего на это мне не сказал, разрешив вести себя так, как мне удобнее.
Хотелось, чтобы нам не попался никто из знакомых.
Владимир расплатился на кассе за купленные продукты, и мы вернулись в квартиру.
Он старался избегать тем, связанных с Ярославом, и разговаривал так, словно ничего не происходило сверхъестественного.
Мы готовили глинтвейн вместе. Владимир нарезал корень имбиря кружочками, я натирала цедру лимона.
С удивлением заметила, как Владимир стащил один из кружков лимона и съел его, даже не поморщившись.
