– Ты неправ, Руслан, – выдавила отрешенно.
– Только это от тебя и слышу!
– Естественно. Ничего другого ты сам себе не даешь услышать! А я говорю!
– Не говоришь, а давишь мне на мозги! Любыми путями на своем настоять пытаешься!
Не знаю, во что бы все переросло, если бы мы не прибыли на место. Я чувствовала себя такой взведенной… Еще слово… И я бы, вероятно, взорвалась.
Просто счастье, что Чернов выскочил из машины и, громыхнув дверью, направился к багажнику.
Пока он там копался, перевела дыхание, сосчитала до пяти и тоже выбралась.
Передняя часть двора была забита машинами. Все, что дальше, оккупировали сами сокурсники – одни шаманили над грилем в тени высоких тополей, другие, обдирая черешню, швырялись ягодами, третьи обливались из шланга водой, четвертые строгали на веранде какие-то салаты, пятые танцевали… Музыка так орала, что кроме редких визгов, безудержного хохота и лая соседской собаки ничего не слышно было.
Бьется сердце, скорость набирает,
Килогерцы сердце разрывают…
Я злилась.
Не было никаких сил притворяться, что все в порядке. Когда полуголый и абсолютно мокрый Косыгин, с улыбкой преградив дорогу, приобнял, веселье не разыгрывала.
– О-о, госпожа наука! Здравия желаю! – зарядил, обдавая парами алкоголя. Вот если бы не запах, я бы, может, еще как-то сдержала гримасу отвращения. – С младшим лейтенантом, Людмила Сергеевна, станцуешь? – спрашивая, уже крутил под ритм.
– Женька, отстань! – толкнув парня в грудь, извернулась и пошла к дому.
Просто такая сильная любовь,
Ты еще не знаешь[2]…"
"– Убавь, ебаный-на-хуй-в-рот, звук! – проревел сзади меня Руслан, заставив второй раз поморщиться.
Приложив ко лбу ладонь, я поднялась на веранду. Была надежда, что быстро ее проскочу. Но кто-то, выполняя указание хозяина дачи, был быстрее меня. Только музыка притихла, мои мысли стали громче. Под их руководством взгляд прилип к тому месту, где Чернов год назад лишил меня девственности.
В каком-то помутнении рассудка видела его ладони на своих бедрах и горящий похотью взгляд… Чувствовала парализующую боль и тугую пульсацию члена… Даже запахи были оттуда… Все с той ночи пришло.
..
– Ой, Люд, давай скорее, а? – заныла, приводя меня в чувства, Тоська. Пока я смаргивала остатки наваждения, подруга на кого-то демонстративно косилась. Я никак не могла понять на кого. Народа было много – глаза разбегались. – Без тебя ни черта не получается!
– Сейчас буду. Переоденусь и… – шепнула я, скашивая, наконец, взгляд в нужный угол.
