Жар, твердость, сила – все это обрушилось в один момент. И меня шибануло разрядами. Сердце пропускало удар за ударом, пока не накалило весь организм до предельных температур.
Дернувшись, я с шумом потеряла дыхание. Но отстраниться не получилось. Хватка Чернова не ослабевала даже во сне. Он действовал на инстинктах. И на этих инстинктах он… трогал меня. Не отдавая себе в том отчета, с нажимом скользил ладонью по животу, лобку и дальше между ног. Так уверенно, словно знал, где я горю больше всего. Второй рукой, не меняя силы, мял грудь – то одну, то вторую.
Из обеих тут же просочилось молоко.
Всполохи, что рванули внутри меня, почти довели мой организм до взрыва.
Я громко охнула. Вся сжалась.
От страха. От смущения. От дикого животного трепета.
– Руслан… – попыталась позвать его, но голоса практически не было.
Я вспомнила все те мысли, что порой прорывались, заставляя представлять, каково это чувствовать все эти прикосновения снова. Но то была лишь фантазия. А сейчас – огонь.
Настоящий. Беспощадный.
Сжигающий.
И пока я металась между естественным желанием выбраться и непреодолимой потребностью броситься в самое пекло, Чернов… толкнулся.
Резко. Грубо. Властно.
И вовсе не сонно… Не щадя.
Толкнулся, еще крепче вбивая свою жесткую и неумолимо мощную мужскую суть между моих ягодиц. Подействовало, словно шокер – от копчика до макушки прошило импульсом, который поджег все имеющиеся в организме нервные проводки. И в моем животе будто какую-то скрытую женскую капсулу разорвало. Из нее разлилось нечто невообразимо острое.
– Руслан… – простонала я.
А он… Тяжело выдохнув мне в затылок, снова так резко сжал грудь, что я задохнулась… И начал покрывать горячими, будто лихорадочными поцелуями мою шею.
В этот миг я уже не просто дрожала. Я вибрировала. И излучала энергию, как кабель высоковольтной линии.
Молоко стекало. По моему телу. По его пальцам. Ткань сорочки прилипла. Все стало мокрым. Раскаленным. Грязным. И неприличным.
Сердце лупило так, что глушило. И глаза замыливало.
Я сгорала от стыда.
Но остановить его уже не просто не могла. Не хотела.
Его плоть давила своей тяжестью. И этим будто гипнотизировала. Приглушала сознание совсем, как год назад. И с каждой секундой Руслан становился ближе – плотнее, глубже, реальнее. Словно бы врастая в меня, вычеркивал из памяти все – боль, обиды, страхи, переживания о будущем.
– Руслан… – повторяла, но уже не для того, чтобы разбудить.
Как будто цеплялась.
За него. За чувство безопасности.
