Север и Юг

Они подписывают и становятся лжецами, лицемерами, но, на мой взгляд, это меньший грех, чем окаменеть сердцем и не помочь тем, кто нуждается в помощи, пусть даже вопреки воле хозяина. Сам я ни за что не продамся в обмен на работу. Будучи членом профсоюза, я верю, что только он способен защитить рабочего. Сам бастовал и голодал, а потому, получив шиллинг, шесть пенсов отдам тому, кто попросит. Вот только не знаю, где добыть этот шиллинг.

— Запрет на поддержку профсоюза действует на всех фабриках? — уточила Маргарет.

— Не знаю. У нас это правило только что ввели. Думаю, скоро поймут, что от него не много толку, но пока соблюдают, хотя мало-помалу осознают, что хозяева заставляют врать.

Наступила короткая пауза. Маргарет сомневалась, стоит ли высказывать просившуюся на волю мысль, — не хотелось раздражать и без того мрачного, отчаявшегося человека. И все-таки она решила высказаться, но так, чтобы не обидеть и не задеть, и у нее это получилось. Ее слова вызвали не раздражение, а всего лишь недоумение.

— Помните, как бедняга Бучер заявил, что профсоюзы подразумевают тиранию? По-моему, даже сказал, что хуже тирана не найти. И тогда я с ним согласилась.

Хиггинс долго молча сидел, низко склонившись и глядя в огонь, отчего выражение лица оставалось загадкой, наконец заговорил:

— Не стану отрицать, что профсоюз силой толкает человека к его же благу. Скажу правду: тому, кто не вступил в организацию, жить трудно, а интересы тех, кто доверился, защищены лучше, чем они защитили бы сами.

Рабочие получают права, только если объединяются. Так что чем больше народу соберется вместе, тем больше справедливости достанется каждому. Правительство заботится о дураках и сумасшедших. Если кто-нибудь вдруг вздумает навредить себе или соседу, ему постараются помешать — хочет он того или нет. То же самое мы делаем в профсоюзе. Не можем упрятать глупца в тюрьму, но можем настолько осложнить ему жизнь, что он придет к нам и даже против собственного желания постарается вести себя прилично. Бучер никогда не блистал умом, а под конец совсем свихнулся.

— Он вам навредил? — догадалась Маргарет.

— Еще как! Общественное мнение оставалось на нашей стороне, но только до тех пор, пока вместе со своими дружками он не начал хулиганить и нарушать закон. Забастовка провалилась из-за его злобы.

— В таком случае не лучше ли было бы оставить его в покое и не принуждать вступать в союз? Он вам пользы не принес, а вы довели его до безумия.