Север и Юг

Посреди улицы шагали шестеро мужчин, причем трое из них — полицейские. На плечах они несли снятую с петель дверь, на которой лежал мертвый человек. С этого страшного ложа капала вода. Прохожие останавливались, подходили и присоединялись к процессии, задавая вопросы, на которые носильщики уже устали отвечать.

— Нашли его в ручье, что протекает вдоль поля.

— В ручье! Но ведь там мелко для того, чтобы утонуть!

— Парень, видимо, так устал от жизни, что твердо решил умереть и лег лицом вниз.

Хиггинс подошел к Маргарет и слабым, жалким голосом с надеждой спросил:

— Это ведь не Джон Бучер? Ему не хватило бы смелости.

Нет, это не может быть он! Послушайте, что они говорят, а то у меня в голове шум — ничего не разберу.

Носильщики осторожно положили дверь на мостовую, и все увидели несчастного утопленника. Стеклянные глаза смотрели в небо. Из-за положения, в котором нашли тело, лицо распухло и посинело, к тому же на коже появились пятна, поскольку в ручей сбрасывали воду из красильного цеха. Передняя часть головы облысела.

Длинные редкие волосы росли только на затылке, и с них стекали грязные струи. Несмотря на все изменения, Маргарет узнала Джона Бучера. Смотреть в обезображенное мертвое лицо казалось кощунством, и Маргарет быстро подошла и прикрыла голову утопленника платком. Множество глаз, наблюдавших за простым действием, последовали за ней, когда она отвернулась, и наткнулись на Николаса Хиггинса, который стоял неподвижно, словно врос в землю. Носильщики тихо о чем-то поговорили, а потом один из них направился прямиком к нему, так что он с трудом подавил желание поспешно скрыться за дверью.

— Хиггинс, ты хорошо его знал, тебе и идти к его жене. Постарайся поаккуратнее, но не тяни: мы не можем оставить его здесь надолго.

— Не пойду, — решительно отказался Николас. — Даже не просите. Как я посмотрю ей в глаза?

— Вы же давно знакомы, — принялся убеждать его носильщик. — Мы притащили его сюда, дальше — твоя очередь.

— Нет, не могу, — покачал головой Хиггинс. — Сыт по горло его выходками.

Мы не были друзьями и при его жизни, а теперь он мертв.

— Что же, нет так нет. Но кому-то все равно придется это сделать. Дело нелегкое, но плохо, если она узнает каким-то дурным способом и медленно сойдет с ума.

— Папа, может быть, ты? — тихо спросила Маргарет.

— Если бы мог… если бы успел подумать, что надо сказать… все так неожиданно.

Маргарет поняла, что отец действительно не в силах выполнить мучительное поручение. Его сотрясала дрожь.