– Максим Викторович, позвоните мне, – сказал Федя, хотя знал, что Озеров никогда не пользуется автоответчиком.
Он выпил чай, попросил еще, и еще выпил, а потом позвонил Василисе.
– Кузина Бетси, это я, – сказал он, стараясь быть жизнерадостным. – Как ваши дела и вообще здоровье?
– Федь, – ответила Василиса тихо, – я решила, что с Софочкой все-таки нужно поговорить! Ты прав.
– Что ты шепчешь?
– Тут бабушка рядом, я не хочу, чтобы она слышала. Мне кажется, у нее просто можно спросить, цела ее коробка или пропала после… после того случая.
Это действительно может быть важно.
– Озеров куда-то делся, – сообщил Величковский. – Вчера не отвечал, сегодня не отвечает. В гостинице его нет. И машины нет.
– Господи, – перепугалась Василиса, – куда он мог деться?
– Я не знаю! – сказал Федя. От того, что он поговорил с ней об Озерове, ему стало немного спокойнее.
– Может, он в театре уже? Уехал рано утром!
– Или там ночевал! А мне не отвечает, потому что решил меня уволить.
– Федька, не болтай.
– Ты когда на работу поедешь?
– Мне в университет надо, прямо вот очень надо! А часам к трем я подъеду.
– Там и встретимся, – решил Федя.
– Ты мне позвони обязательно, когда Максим Викторович объявится!
Федя пообещал позвонить и еще раз набрал Озерова.
И тут он его увидел. Максим Викторович почему-то без куртки в одном свитере входил в стеклянные двери.
– Шеф! – радостно закричал Федя и замахал руками. – Я здесь, шеф!
Озеров кивнул и прошел мимо к лифтам.
Федя ничего не понял.
Подхватив со стола журнал и бинокль, он ринулся следом и вскочил в лифт, когда двери уже закрывались.
В лифте почему-то невыносимо воняло гарью.
– Шеф, я весь на нервах, – заговорил Федя. – Вы пропали, джип пропал, все пропало! Чем вы занимались все эти годы разлуки?
– Тушил пожар, – сказал Озеров.
– Потушили?
– Потушил.
И тут Федя понял, что он говорит… всерьез. Абсолютно всерьез. Левая рука у шефа была забинтована, и он как-то странно и неестественно ее держал, как собака раненую лапу. Щегольский синий свитер крупной вязки был весь измазан сажей и прожжен в нескольких местах.
Вельветовые брюки в потеках и пятнах. В светлых волосах черная грязь.
– Так, – сказал Федя Величковский, – понятно."
"В молчании они дошли до номера Озерова, он полез было в карман за карточкой, отпиравшей магнитный замок, сморщился и сказал, что ключа нет, потерял. Пока Федя бегал к администратору, пока объяснялся, пока делали новую карточку, Максим сидел на полу в коридоре.
