Шерлок Холмс и доктор Ватсон

МакМердо толкнул вращающуюся дверь трактира и очутился среди толпы завсегдатаев, над головами которых витал густой табачный дым, мешаясь с тяжелым запахом духов. Зал был ярко освещен, а огромные в золоченых рамах зеркала, висевшие на стенах, еще умножали слепящее множество огней. За широкой обитой медью стойкой священнодействовали бармены в рубашках с короткими рукавами, смешивая спиртное для жаждущих, которые толпились по другую сторону.

У дальнего конца стойки стоял, прислонившись к ней, высокий могучего вида мужчина – с сигарой в углу рта – собственной персоной Хозяин МакГинти.

Это был гигант с черной гривой волос, падающих на шею вороновым крылом, черная же борода скрывала лицо почти до самых глаз. Он был смугл, как итальянец, а исчерна-карие глаза, мертвенно-тусклые и к тому же слегка косившие, смотрели до жути зловеще.

Все остальное в его внешности – красивые черты лица, благородные пропорции тела, располагающие манеры – соответствовало той линии дружелюбного, открытого весельчака, которой он следовал на людях.

Глядя на него, вы бы сказали, славный малый, хотя и немного грубоват, но с добрым сердцем. И только когда этот славный малый устремлял на вас мертвенные, темные глаза, глубокие и беспощадные, вы внутренне съеживались, чувствуя, что встретились лицом к лицу с огромным затаенным злом, которое в совокупности с физической силой, храбростью и коварством делалось стократ опаснее.

Хорошенько рассмотрев предмет своих устремлений, МакМердо стал локтями прокладывать путь сквозь толпу со своей обычной необидной лихостью; наконец он протолкался сквозь небольшую группу приближенных лиц, которые с обожанием теснились вокруг Хозяина, разражаясь хохотом после каждой его незначительной шутки.

Смелые, серые глаза ирландца, смотрящие сквозь очки, твердо встретили оценивающий взгляд черных мертвенных глаз МакГинти.

– Ну, молодой человек, – начал МакГинти, – что-то не могу припомнить вашего лица.

– Я здесь новичок, мистер МакГинти.

– Но не настолько, чтобы не знать титула джентльмена, к которому обращаешься.

– Советник МакГинти, – подсказал чей-то голос.

– Простите, Советник. Я еще не знаком с местными правилами. Мне посоветовали первым делом повидать вас, я и пришел.

– Ну вот ты видишь меня. Я весь перед тобой. Что ты обо мне скажешь?

– Пока еще трудно что-то сказать. Но если душа твоя так же широка, как твои плечи, и так же прекрасна, как лицо, то нечего больше и желать, – ответил МакМердо.