Шторм Z. У вас нет других нас

Ну, не в чем бедолаге ехать домой, и он берёт вещи на «вольной каптёрке» из баулов других зэков.

В моей вольной одежде, в которой я прибыл сюда из СИЗО, кто-то, видимо, уже освободился.

Порывшись в куче милостиво оставленного мне тряпья, я плюнул, махнул рукой и отправился на СВО прямо в зэковской робе с полосками и, кажется, прямо с биркой, официально именуемой «нагрудным знаком».

Досмотр наш при отправке был сугубо символическим. Можно было смело спрятать в вещах телефон и любой другой «запрет».

Но у меня ничего, в принципе, и не было.

Вечером, часов в семь или восемь, нас погрузили в автозак, естественно, под конвоем, и мы покинули территорию ИК-53 ГУ ФСИН по Свердловской области. Прощались с нами сотрудники учреждения если и не по-свойски, то и без какой-то казёнщины. Вполне нормальные человеческие напутствия: берегите себя, возвращайтесь, ну и, естественно, «тут делать нечего вам, ребята, давайте, чтобы мы больше не пересекались».

Последний раз я бросил взгляд на проплывающий за окошком барак, на здание КДС (самого светлого места в этом учреждении), на швейку, и, прогромыхав через «шлюза», наш «воронок» выскочил за пределы колонии.

Я прибыл сюда 4 августа 2022 года и покинул 25 июля 2023 года, чуть-чуть недосидев год.

Привезли нас зачем-то в Новую Лялю, номер тамошней колонии я уже не помню. Ночь мы провели в камерах тамошнего ПФРСИ, а утром уже на другом автозаке поехали в аэропорт Кольцово.

Так, прощаясь с системой ГУ ФСИН, я в свой послужной список кроме СИЗО и колонии общего режима добавил ещё и «пэфээр».

В Кольцово мы приехали где-то в час дня. Туда же начали подтягиваться «воронки» из других учреждений.

Рядом с нашим автозаком встал автозак с «тринашки», а далее разместились другие.

Автозаки образовали собой букву «П», прижавшись к забору, и в это пространство нас выпускали раз в час проветриться и подышать свежим воздухом.

Соседство с «тринашкой» меня, честно говоря, удивило и даже смутило. Мне и в голову не приходило, что мы поедем в одной партии с БС.

Конвой, прямо скажем, вёл себя расслабленно. Да, за нами смотрели, но уже не так насторожённо и внимательно, как на обычных этапах.

Сейчас, вспоминая, сколько там было народу с куполами и восьмиконечными звёздами на ключицах, я понимаю, что вокруг меня-то их уже нет спустя четыре месяца.

Все расписные уже в мире ином.

И абсолютное их большинство не протянуло в зоне проведения СВО даже месяца.