Шут и слово короля

Аллиель отвернулась, барон торжествующе улыбнулся.

— Это все, на что ты способен, шут?

— А что? Я попал, ваша милость?! Вот свидетели! — он повел рукой вокруг себя.

Все смеялись, или хотя бы улыбались, и с любопытством ждали, что будет дальше. Все правильно, это как раз тянуло на начало шутки.

— И ты, такой криворукий, еще осмелился просить руки моей невесты? — барон улыбался.

Тоже пошутить решил? Эдин подумал, что это он зря, но никто за язык не тянул…

— О, за прекрасную леди Аллиель я готов посоревноваться с вами, господин барон.

Соглашайтесь?

Если это дойдет до короля, да вмешается принц, да… Из этого все же может что-то получиться!

— Стрелять в белый свет?

— А вы умеете — в белый свет? Не промажете?

Эдин взял стрелу, прицелился, и выстрелил туда же.

Вокруг снова хохотали, хотя Эдин, по своему скромному мнению, не сказал и не сделал пока ничего такого уж смешного, да и вряд ли сумеет сказать и сделать…

— А в мишень, шут, не хочешь попробовать?

— Я так понял, что вы согласны, ваша милость? В мишень? — повысил голос Эдин.

 — Вы согласны, да? Если я стреляю лучше вас — леди Аллиель моя.

— Ты сейчас продуешь мне и получишь двадцать плетей, понял, сопляк? — так же весело продолжал барон, — лучникам в моем замке это очень помогает научиться стрелять!

— А если вы продуете, ваша милость — и вам двадцать? — Эдин тоже развеселился.

Двадцать! Плетей! Памятное для него число, когда речь идет именно об этом предмете. Для любого на его месте было бы памятным…

Конечно, стрелять барон умеет.

Может быть, отлично умеет. Но вряд ли лучше циркача, который работал с луком на круге. Мастерство воина — это все-таки не то, что виртуозность циркача, а здесь скорее представление. Тот же цирк.

— Нет! — вдруг закричала Аллиель. — Нет! Не смейте, я запрещаю вам! Не надо!

— Вы запрещаете? — тут же благородно рассердился барон. — Мне? Миледи, вы можете лишь попросить, как я понимаю! Возьми лук, шут!

— Шут, давай, я научу тебя стрелять! — радушно предложила фрейлина в розовом, рассчитывая, видимо, продолжить забаву.

— Да-да, я весь внимание, миледи! — приподнял подрисованные брови Эдин.

— Не надо, прошу вас! — повторила Аллиель умоляюще.

— Не надо, барон! — прозвучал рядом женский голос, громкий и властный. — Королева и так расстроена, не стоит огорчать ее еще больше. Не продолжайте, барон.

Та дама, которая помогла королеве выбрать шута.

— Конечно, леди Калани, конечно, — сразу сник барон, — никому из нас не позволено огорчать ее величество.