Скажи миру – «нет!»

Мы отказались лечь в шалаше и свалились с Танюшкой недалеко от костра, завернувшись в меховой плащ (ночь теплой все-таки не была, весна даже в Испании еще не лето). Танька давным-давно дрыхла, как двадцать два сурка, уютно и смешно сопя мне куда-то в район лопаток (интересно, как она туда достала, вдвое сложилась, что ли?)

Я ни о чем не думал. Говорят, это невозможно, но я вас уверяю – возможно, если не напрягаться, стараясь «выбросить все из головы», а просто предельно расслабиться. Тогда то, что в голове, превращается в очевидно-зримую медленно струящуюся воду, неспешную и непрозрачно-синюю.

И этот поток уносит все-все-все, оставляя оцепенение и тишину… Получается не всегда, конечно, но когда получается, то потом всегда бывает очень хорошо и свободно, как будто как следует отдохнул…

…Мост над неспешной водой. Горбатый, из поросших мхом неровных камней…

…Тропинка. Плотно утоптанная, по бокам какие-то кусты, стоящие тесной стеной. Тихо. Спокойно…

…Легкий подъем. Свежий ветер ласкает лицо. Впереди – ровный шум, похожий на шум моря…

…Это не море.

Это лес – лес у ног без конца и без края, а на обрыве – беседка с круглой скамьей, высеченная целиком прямо из алой гранитной скалы…

…В беседке – человек.

Я вошел в беседку по широким полукруглым ступеням, тоже составлявшим единое целое со скалой. Палаш на шаге коротко чиркал об острые края. Я всматривался в сидящего на скамье человека.

Воин. Высокий, в сером плаще, укутывающем его от плеч до каблуков старых сапог. Плащ оттопыривает тяжелая крестовидная рукоять длинного меча.

Обветренное, худое лицо. Длинные волосы, черные с резкой красивой проседью. Внимательные, жутковатые серые глаза.

Я мог бы поклясться, что не видел этого странного и величественного человека ни в жизни, ни в кино, ни на иллюстрациях к книгам. И в то же время я столь же точно мог поклясться, что знаю этого воина.

– Конечно, знаешь, – негромко сказал воин. Не сводя с него глаз, я сел на скамью, ощущая себя смешным мальчишкой, который убедил себя в том, что похож на взрослого рыцаря… и вдруг оказался рядом с рыцарем и понял всю тщетность своих потуг.

Воин пошевелился – под плащом тяжело сверкнули плотной вязки звенья кольчуги, усиленной чеканным нагрудником. И я узнал его, хотя и правда ни разу не видел до сих пор! Но именно таким я себе представлял Арагорна, короля-воина из своих любимых «Хранителей» – загадочно-неоконченной книги, продолжение которой мучило мое воображение уже пять лет (или семь? Как считать…).