Скажи миру – «нет!»

 – Значит, несколько лет, сражения, раны – а потом смерть?

– Тебе нравится та вечность, которую ты обрел?

– Нет, – тихо признался я.

– Тогда о чем ты жалеешь? О десятке лет отдыха на пляже? О сотне лет поедания омаров? О тысяче лет бездумности в шалаше под пальмами? Что ты скажешь мертвым друзьям? Они ведь придут обязательно…

– Да, – прошептал я, вставая. – Да, да, да, да…

…Я вынырнул наружу от того, что Танюшка трясла меня за плечо. В темноте шалаша я различил ее испуганное лицо.

– Олег, – шепнула она, – кто-то ходит вокруг.

– Коза? – Я сел, нашарил палаш.

– Нет. – Она замотала головой. – Олег, это человек. Честное слово.

Я не успел ничего сказать. Циновка на входе шевельнулась, и голос Вадима негромко произнес:

Вадим, конечно же, не изменился. У него только прибавился крестообразный шрам под правым глазом, от которого этот глаз казался шире. Да теперь, когда он разделся, я увидел еще один – длинный и узкий, через все левое бедро.

– Хорошо тут у вас, – сказал Вадим. Море плавно набегало на наши ноги, волны фосфоресцировали, и казалось, что ступни одевает бледный огонь.

– Да, тихо, – подтвердил я. И кивнул на его бедро: – Ятаган?

– Ятаган, – нехотя кивнул он. – Уже давно…

– А на лице? Это же от стрелы… Неужели ниггеры начали стрелять из луков?

– Нет, – ответил Вадим и, подавшись вперед, поднял гальку. Бросил ее в воду, и там родился водоворот огня. – Это на перевале Сен-Готард, два месяца назад.

– На том самом? – удивился я.

Вадим наклонил голову и добавил:

– Один швейцарец меня не понял.

– Он никому об этом не расскажет? – усмехнулся я.

– Да нет, думаю, он этим хвастается. Я сразу потерял сознание… Олег – ну, Крыгин – меня вытащил.

– Он тоже?.. – начал я, но Вадим не дал мне договорить:

– Все, кто не ушел с Саней, вместе со мной. Нет, Сергей с Ленкой своей – не знаю где. И Андрей подался куда-то в Сибирь.

– Вот как… – Я испытал некоторое разочарование. Мне хотелось бы узнать, как там Сережка, а он, оказывается, вообще пропал… – А вы что, сами по себе?

– Нас слишком мало, – покачал головой Вадим.

– Никто не погиб? – спросил я. Вадим помотал головой, и мы замолчали. Надолго. Море продолжало гореть огнем, и пылающие следы рыб рассекали воду во всех направлениях. На острове было тихо, только в джунглях перекликались птицы и ночные звери.