Слезы черной вдовы

Такие точно были на пороге террасы.

А Боровской, меж тем, одет именно в синий сюртук. В лодке и на пороге террасы убийца оставил не свои следы, а жертвы. Еще одной. Боровской стал свидетелем убийства графа, за что и поплатился.

Была глубокая ночь, а где-то меж сосен небо уже розовело восходом. Люди Кошкина пытались осветить пустынный берег масляными лампами и даже с упорством - по его приказу - искали в траве новые следы… Но он сомневался в успехе предприятия. Слишком темно. Да и что здесь осматривать, если тело вытащили из воды, а убили Боровского явно в другом месте.

- Михаил Алексеевич, проследите, чтобы труп доставили в Петербург, в прозекторскую, - распорядился он. - Мне нужно знать, из одного оружия убиты граф и Боровской или нет… Покамест все. Выполняйте.

Девятов кивнул и сомнением спросил:

- Вы, стало быть, в Петербург не едете?

- Мне нужно Гриневскую допросить, пока она здесь.

Однако не успел Кошкин сделать и шага, как его окликнул Рейнер:

- Степан Егорович, могу я побеседовать с вами наедине? Это важно.

После недолгой заминки Кошкин кивнул, понадеявшись, что Гриневская его все же дождется, и они с Рейнером отошли от остальных. Рейнер даже настоял, чтобы они покинули этот участок берега, отгороженный валунами, и вышли к той скамейке, где днем Кошкин допрашивал сестру Раскатовой.

А теперь на этой скамейке сидел, подтянув к подбородку колени, мальчик лет девяти-десяти и ежился от ночного холода.

- Это Максим, мой племянник, - сказал Рейнер прежде, чем Кошкин успел что-то спросить, - вчера вечером, примерно в то же время, когда произошло убийство, он сидел там, за валуном, и кое-что видел.

- Кошкин, оживившись, бросился, было, к мальчику, но Рейнер придержал его за плечо: - Однако я прошу вас… у этого убийцы, судя по всему, нет ничего святого. Ведь Леона он застрелил лишь потому, что тот не вовремя оказался в библиотеке? Я прошу вас… о том, что видел Максим, никто не должен знать.

- Да-да, я понимаю, - поспешно кивнул Кошкин.

Приблизившись к скамейке, Рейнер скинул свой сюртук и укрыл плечи мальчика, быстро сказав ему что-то. Мальчишка при этом разглядывал Кошкина.

- Вы полицейский? - с любопытством спросил он.

- Не совсем, - Кошкин присел на скамейку, - скорее, Чиновник по особым поручениям.

- А-а-а… - в голосе мальчика чувствовалось разочарование. - А у вас пистолет есть?

- Только револьвер, к сожалению, - Кошкин даже улыбнулся этой непосредственности.