Смех и грех Ивана‑царевича

Бедная невестка за счастье посчитает в обеспеченный дом попасть, свекру руки целовать станет, Сене в ноги кланяться. Вот он такую и нарыл. И прав оказался. Первое время Лиза тенью по усадьбе ходила, всем улыбалась, к Надюше на «вы» обращалась, Майю Семену простила. Очень уж ей назад, в убожество родительской квартиры, не хотелось. А с годами пообвыклась, нос задирать стала. Но все равно, пока Кирилл Алексеевич жив был, опасалась характер демонстрировать. Один раз Елизавета при свекре сказала, дескать, мы, представители аристократического рода… Так старик ей по лбу щелкнул при всех домашних, в присутствии Надюши.

И гаркнул: «Дворян тут много, но тебя среди них нет. Фамилия тебе по мужу досталась, носи ее тихо. Благородный человек происхождением не кичится, все это удел чернолапотных. И ты мне внука червивого родила, долг не исполнила!» Ну, а когда Кирилла похоронили, тут у Лизы тормоза отказали. Откуда только спесь взялась! Как она разговаривать начала! И смешно, и противно. Надя все удивлялась, потому что фраза «мы, князья Винивитиновы‑Бельские» у хозяйки с языка не сходила. Семен с супругой не спорил, он больше всего хотел, чтобы его в покое оставили. Лизка в усадьбе своих родителей поселила, сестру‑неудачницу…

Я молча слушал негодующую женщину. Забавное существо человек. Кирилл выговорил снохе за слова «мы, представители аристократического рода», а сам сказал: «Дворян тут много, но тебя среди них нет». Неужели он забыл, что его отец Алексей никогда не имел титула? Что не существовало на Руси князей Винивитиновых‑Бельских?

Когда‑то мой отец сказал: «Запомни, Ваня, люди наивны и доверчивы.

Повторишь пару раз, что ты племянник английской королевы, и народ в конце концов поверит. Распусти сам о себе сплетню, и она зацветет буйным цветом…»

— Но я отвлеклась… Похоже, Надежда все по моему совету Лизке в лицо выложила, а та ее убила. Опыт у нее имеется. Мужа извела, может, и любовника тоже, — повысила голос рассказчица.

— Полагаете, что Елизавета Матвеевна лишила жизни Семена? Зачем ей так поступать? У нее был другой мужчина? И почему Кирилл крикнул невестке: «Ты мне внука червивого родила, свой долг не исполнила»?

Мария Борисовна оперлась ладонями о стол:

— А вот за этим я вас, Иван Павлович, и позвала.

Вы свою семью имеете?

— Не завел пока, — спокойно ответил я, — не очень‑то спешу.

— Можете не продолжать, — перебила меня собеседница, — знаю, почему бобылем живете и к богатым нанимаетесь. Небось квартиры своей нет?

Я на всякий случай кивнул.