«Все в Габриэльсхусе действительно любят твою дорогую супругу, печалятся о ней и стараются ничем не докучать ей. И не убивайся так по ребенку, который погиб. У вас может быть еще много детей.
Мы думаем и беспокоимся о тебе каждый день, Сесилия и я. Береги себя, не поддавайся ни на какой соблазн!
Помни, что ты нам нужен.
Твоя преданная сестра Урсула».
Александр отложил письмо и посмотрел невидящими глазами в окно.
Еще много детей…
Постучал и вошел посыльный.
— Его Величество собирает военный совет, полковник.
Армия готова к наступлению.
8
Королю Кристиану приходилось туго.
Он беспомощно лежал в своей роскошной походной кровати с пологом и прочей мишурой, выглядевшей довольно нелепо на фоне суровой походной жизни.
— Я должен встать! — нетерпеливо произнес он. — Встать и разбить в пух и прах Тилли!
— Через неделю, Ваше Величество, — сказал ему его личный врач, — Ваше Величество еще не достаточно окрепли.
— Это ты так говоришь! Сегодня же встану!
Врач настаивал на своем.
— Я могу позвать полевого лекаря, так что Ваше Величество сможет проконсультироваться у него.
— Полевого лекаря? От этих мясников я предпочитаю держаться подальше."
"— Это очень толковый лекарь. Молодой норвежский парень. Ученый. Я сам разговаривал с ним, он знает поразительно много.
— Норвежский? Хм, — сказал король Кристиан, который всегда относился тепло к своей второй стране. — Там жил наш самый лучший врач. К сожалению, он уже умер. Его звали Тенгель.
— Это его внук, Ваше Величество.
Король вскочил так быстро, что почувствовал в голове режущую боль.
— Ой-ой-ой, ах!.. Он снова лег. — Позовите его! Быстрее! Я хочу видеть этого парня.
Его Величество удовлетворенно проворчал еще что-то. Внук господина Тенгеля. Прекрасно!
Вскоре Тарье явился из полевого госпиталя в королевский дом в Нинбурге.
Врач представил королю молодого человека.
— Тарье Линд из рода Людей Льда? — сказал король. — Я не имел счастья встречаться с Вашим дедом, или, скажем так, я был всегда настолько здоров, что не имел нужды встречаться с ним.
Кстати, я знаю его внучку. Она служит придворной дамой у моей дорогой супруги.
— Очевидно, это Сесилия, — улыбнулся Тарье. — Моя кузина. Она всегда тепло отзывалась о Вашем Величестве.
И оба поняли, что под этим подразумевалось: но не о Кирстен Мунк.
Тарье показал, на что он способен: вот это был осмотр! Ни один дюйм бесценного королевского тела не остался без внимания.
— Печень не в порядке, — сказал Тарье.
— Неужели? — спросил король.
