Снесу крышу. Дорого

Его место заполняла нега и ведомость.

И тут в дверь позвонили.

Дарья не сразу поняла, что это звонок. Звонок в ее дверь. Ей.

— Звонят, — произнесла она.

— Звонят, — согласился шеф, касаясь ее горячими, нежными губами.

— Еду вашу, наверное, привезли.

— Пусть на **й везут обратно, — не отвлекаясь, продолжал он.

Контраст слов и касаний сработал тумблером, включившим наконец мозг.

Продравшись сквозь пелену апатии, Дарья всё же выкарабкалась из-под Полякова (тот вновь не предпринял попытки удержать ее насильно), хотя и повыл немного.

Поправив прическу и одежду, она направилась к выходной двери. Немного покачиваясь, ну так кто же на такие мелочи внимание обращает?

Еда оказалась оплаченной.

— Павел Константинович, идемте кушать, — позвала Несветаева из кухни.

Поляков появился спустя минуту или две, поправляя на поясе полотенце.

— Что, я свой шанс прое…

— …ели, — перебила Дарья в попытке вернуть отношения на прежние рельсы. — М-м-м. Восхищаюсь вашим выбором! Какой аромат!

— За порог не выставишь? — он хмыкнул, усаживаясь за стол. — И на том спасибо.

— Павел Константинович, это всего лишь адреналин. Вы же нормальный мужчина. Накатило. Бывает.

Кощей молча разложил еду по тарелкам. Вооружившись вилкой и ножом, он примерился к отбивной, но внезапно отложил столовые приборы.

— Не накатило, — произнес он, глядя Даше в глаза.

— Когда я ем, я глух и нем, — возразила она и показала пример в обращении с мясом.

Хотя есть не хотелось.

Хотелось забиться в угол ванной и пореветь.

…Глупости какие в голову лезут!

Ужин проходил в напряженном молчании. Даша закончила с едой. Дождалась, пока начальник домучит свою порцию. Отнесла тарелки в раковину.

— Я сейчас всё зашью, — уведомила она Полякова, направляясь к порванной одежде.

— Да зачем силы тратить? — брякнул он, нагоняя, и стал натягивать штаны прямо под полотенце.

Солнце село. В комнате стало темно. Из кухни через дверной проем лучи падали косой, рассеивающейся трапецией.

— Но… — слабо возразила Дарья.

— Всё равно на выброс, — поднял взгляд шеф и взыкнул молнией ширинки. — Не переживай, в пальто я самое дорогое не отморожу. Да и на улице не крещенские морозы, — продолжал он, натягивая рубашку.

В полумраке мужская мускулистая фигура с резкими, нервными движениями выглядела зловеще. Пугающе даже.