Сопки Маньчжурии

Обрезанные по плечи рукава гимнастерки позволяли лицезреть невероятно мускулистые для подростка руки с широкими хваткими ладонями. А из-за его спины торчала рукоять длинного двуручного меча – наверняка, судя по развитой мускулатуре рук, он мог с легкостью им размахивать. Но больше всего Александру Федоровну поразил его взгляд. Так смотрят люди, которые сначала рубят наотмашь, и только потом задают врагу риторические вопросы. И ведь этому юноше вряд ли больше пятнадцати лет… Каким же он станет, когда ему стукнет двадцать или тридцать?

И, самое главное, на противоположном конце комнаты стоял мужчина средних лет в несколько архаичной одежде, характерной для европейской моды пятидесятых годов девятнадцатого века.

Первыми ее появление заметили дочери: они побросали свои занятия и метнулись к матери с радостными криками. Ну а потом в ее сторону направился и джентльмен, похожий на ее покойного деда. При этом его походка, жесты, мимика – все говорило о том, что это действительно настоящий джентльмен, а не переодетый простолюдин.

– Здравствуйте, сударыня, – вежливо сказал он, приподняв цилиндр, – позвольте представиться: я ваш дед, британский принц-консорт Альберт-Эдуард… По причине отсутствия госпожи Струмилиной временно исполняю обязанности директора этого бедлама. С детьми, особенно с младшими, ухо надо держать востро, ведь тут, в стране русских сказок, они стали особенно бойкими и изобретательными на шалости.

От такого заявления Александра Федоровна застыла будто громом пораженная, но ее выручила дочь Ольга.

– Мама, – с серьезным видом сказала девочка, – этот дядя и в самом деле наш прадед. Тут, в Тридесятом царстве у господина Серегина, ты можешь встретить самых разных людей – например, Александра Невского, Наполеона Бонапарта, короля Генриха Четвертого или Петра Великого, переодетого в тело своего внука Петра Второго.