Сопки Маньчжурии

Я не собирался во всем этом участвовать, просто привел к казармам 5-го восточно-сибирского полка десантную роту с «Севастополя», но потом Артанский князь заинтересовал меня сухопутным броненосцем, подбить который можно было разве что из морских орудий среднего калибра, а потом я попал под его «благословение». Получилось это случайно: я стоял в стороне, думая просто посмотреть на «спектакль». Ведь мы все – образованные люди, и все эти благословения, заклинания и спиритические сеансы кажутся нам или красивой сказкой, или откровенным мошенничеством.

Но вот Артанский князь (на тот момент я не воспринимал его как живого человека) обнажил свой светящийся меч – и тут меня захватило чувство сопричастности к чему-то огромному и великому, а стоящие в строю солдаты и матросы были мне не нижними чинами, а младшими братьями ордена защитников России. Ну, конечно, приводило в трепет и то, что вместе с этим благословением на нас снизошла и возможность видеть безлунной ночью почти так же, как в сумерках сразу после захода солнца.

– Ничего особенного, Николай Оттович, – хмыкнул у меня в голове голос Артанского князя, – вы всего лишь на сутки обрели Истинный Взгляд. Но это значительно больше, чем просто ночное зрение: в таком состоянии вы можете отличить ложь от правды, маску от лица, дурака, напускающего на себя важный вид, от умного человека. После боя у вас еще будет время, так что попробуйте.

– Да как же такое может быть? – так же мысленно вскричал я.

 – Что вы можете разговаривать со мной из ума в ум? Это же просто невероятно!

– Почему же невероятно? – ответил мой мысленный собеседник, – раз я ощущаю вас как кандидата в наше Братство Защитников Отечества, в каком бы времени оно ни располагалось, то наше мысленное общение неизбежно. Ведь мы с вами, Николай Оттович, одной крови. Мы одинаково смотрим на самые важные вещи, и одинаково готовы положить жизнь за Россию. Но об этом позже; время на разговоры вышло, пора идти и убить их всех.

И мы пошли. Впереди – свистящие и лязгающие сухопутные броненосцы артанцев, позади – ощетинившиеся штыками «мосинок» солдатские и матросские цепи… И была та бойня ужасна как никогда. В кровавом остервенении мести за все страдания, перенесенные за время осады, наши воины, получившие на этот бой христово благословение, попросту истребили всю японскую армию, сколько ее там было. Да я и сам был хорош.