Спасенная репутация

Когда в семье так много девочек и ни одного мальчика, как будто тут можно выбирать.

– Близнецы? – заинтересовалась Клотильда. – У моей дочки девочки-близнецы.

– Правда? А сколько им?

– Пока только шесть месяцев. Хорошенькие, но сущее наказание!

– Хотелось бы мне посмотреть на них! – воскликнула Фейт. – Мы с сестрой – зеркальное отражение друг друга; я – правша, она – левша, у меня родинка здесь, а у нее точно в том же месте, только слева. Мы очень близки. Это чудесно – быть близнецами.

Клотильда просияла, ее красноватое лицо засветилось от удовольствия.

– Ну тогда, может, ты и увидишь моих внучек. А теперь мне надо бежать, детка. Работа на ферме никогда не прекращается.

После того как она ушла, Фейт задумалась о Николасе. Не вызваны ли его головные боли беспокойством и страхом, как у Грейс? И если так, что его тревожит?

Если так, это то, что он должен сделать или с чем должен столкнуться после Бильбао. Она не могла представить, что это. Война давно закончилась, Наполеон сослан на остров Святой Елены.

В любом случае Фейт не могла поверить, что он боится какой-то военной миссии. Кажется, он не боится ничего и никого.

Но бывают моменты, когда что-то, какая-то тяжесть давит на его сознание.

Что же такого важного в этой поездке по Испании и Португалии? Похоже. Маку все об этом известно, но она последний человек, кому он расскажет. Возможно, Стивенс...

Но когда она вышла во двор, Стивенса нигде не было видно. Только мистер Мактавиш стоял, глядя на холмы и пастбища.

Это кое о чем напомнило Фейт. Она решительно подошла к нему.

– Мистер Мактавиш, мне нужно выяснить с вами один вопрос. – Она была решительно настроена раз и навсегда уладить свои разногласия со сварливым шотландцем.

Мактавиш медленно повернулся.

– Да ну, и чго же это? – Его кустистые брови сардонически поднялись, как всегда, отнюдь не дружелюбно.

Фейт холодно выпрямилась.

– Почему вы так враждебно настроены по отношению ко мне?

– Ты еще не знаешь, что такое враждебность.

– Нет, знаю.

Я выросла в атмосфере враждебности, и это просто ужасно. Поэтому сообщаю вам, мистер Мактавиш, что больше этого не потерплю. Вы меня слышите?

– Не потерпишь, говоришь, а?

Фейт не позволила запугать себя.

– Нет. И это подводит меня к вопросу: объясните мне, будьте любезны, чем я вас обидела, чтобы я могла извиниться и мы бы покончили с этой неприятностью?

Ее вопрос настолько застал его врасплох, что он переспросил:

– Чем ты меня обидела?

– Да.