Список жертв

Словно само его тело, некий глубинный инстинкт сопротивляется самой мысли о том, что придется ее отпустить. Кто бы мог подумать — всего пара поцелуев, а он уже не владеет собой.

Мысль о потере контроля над ситуацией ему не понравилась, и Алек прорычал:

— М-м? Это черт как хорошо или черт как все плохо? — чуть задыхаясь, спросила она.

Алек взглянул в ее глаза и увидел там страсть и желание. Чувство глубокой гордости охватило его: он разбудил этот огонь, вызвал из летаргии жизненную силу этой необыкновенной женщины.

— Это было хорошо, — пробормотал он, отгоняя видение обнаженного тела, распростертого на простынях… ее волосы разметались, а губы полуоткрыты… — Даже слишком. И надо бы остановиться, пока мы…

Риган провела пальцем по его губам и хрипловато прошептала:

— Или мы не сможем остановиться, — Он чуть улыбнулся, руки его скользили по плечам и спине, мешая Риган воспринимать смысл слов. — Ты ведь знаешь, к чему ведут все эти поцелуи? Я не машина, милая, и меня нельзя включить, а потом выключить, если надоело.

Я хочу тебя, ты же знаешь. Да что там, хочу — не то слово: я с ума схожу от желания… — Он перевел дыхание и твердо закончил: — Ноты должна понимать, что мне не нужны обязательства, которые могут последовать за близостью.

Риган была в замешательстве. Она знала, что Бьюкенен не пытается обидеть или оскорбить ее. Да, это не те слова, которые девушка мечтает услышать, но ведь он с самого начала предупредил, что ждать нечего. Честность — великая вещь. Конечно, ей стало больно, но еще сильнее оказалось чувство удивления и растерянности, ибо собственные слова, казалось, ранили его глубже, чем ее.

Алек хмурился, рот его сжался, а глаза потемнели. Она вдруг почувствовала себя девчонкой, которая ткнула палкой в спящего льва. И льву это не понравилось. Впрочем, это проблемы льва: у нее своих хватает. Риган решительно высвободилась из его объятий — нужно слушать, а не таять — и спросила:

— И какие же именно обязательства тебе не нужны?

— Я уезжаю из Чикаго, и ты об этом знаешь, не так ли? Просто собираю чемоданы — и уматываю.

Все решено, понимаешь?

— Мне не нужны проблемы, которые будут тянуть меня назад.

Лицо Риган вспыхнуло, а глаза стали сине-серыми, как небо перед грозой. Ей совсем не понравилось то, что она услышала.

— Ах вот как! А я, значит, и есть та самая проблема?

Алек провел руками по голове, ероша волосы. Так, желание схватить ее и целовать, пока она не забудет свое имя, нужно немедленно обуздать.