Естественно, что люди из замка очень обрадовались, увидев Эсмеральду и захотели узнать, что произошло.
Ветле быстро сказал:
— Донна Эсмеральда объяснит все, когда приедет домой. Все очень запутано.
Он вовсе не желал касаться своего пребывания в замке, или того неприятного факта, что человек в панцире, нанесший такой вред, является его родственником.
Дон Мигуэль снисходительно соизволил сообщить, что, поскольку все его слуги перебиты, он как можно скорее наймет новых. Непонятное чудовище покинуло замок так же внезапно, как и появилось.
«Да, благодарю, это оно гонялось за мной, или вернее за нотами», — подумал Ветле, но вслух это произносить не стал.
— Не может ли Ветле пожить у нас в замке? — попросила девочка, обнимая своего дядю за шею.
Мальчик поспешил сказать, что это абсолютно невозможно. Он должен ехать домой в свою страну.
Владелец замка обнял свою племянницу:"
"— Настоящая маленькая колдунья, — сказал он с нежным смехом. — Прямо дьявол, когда расправляется со слугами…
Сопровождавшая его дама поджала губы, видимо, полностью согласная со своим господином.
Правда, в ее глазах не было такой обильной любви. Эсмеральда зло и самодовольно хмыкнула.
Ветле начал понимать, почему Тенгель Злой выбрал именно ее. Ищущие мысли основателя их рода, как правило, находили элементы злости в человеке. Его внимание привлекали такие, у которых были развиты отрицательные свойства характера.
Когда настало время расставания и Эсмеральда обняла Ветле, поцеловала его в губы, тот задумчиво спросил:
— Скажите мне, дон Мигуэль… Вы здесь человек известный… Вон тот склеп, вы знаете, кто в нем был погребен?
Владелец замка благосклонно проследил за его взглядом, направленным на ужасный склеп, в который Эсмеральда затащила его.
Он выглядел неприятным даже при дневном свете. Через дверной проем видна была пустая темнота.
— Ах, там, — сказал дон Мигуэль. — Многие похоронены в нем. Но самым важным, само собой разумеется, был один из моих предшественников. Могущественный хозяин замка. Более всего известный тем, что повесил скверного подстрекателя, мутившего народ.
— Сильвио-де-лос-Муэртос? «Сильвио мертвых»?
— Да. Деревню назвали именем этого хама. Говорят, что хозяин замка после этого благородного деяния не обрел покоя в могиле. Чепуха! Народ следует наказывать. В противном случае никакого порядка не будет!
Ветле не мог удержаться от того, чтобы не сказать:
— Дух жестокого владельца замка все еще находится в склепе, поэтому я и спросил. Все уставились на него.
