Строгий режим

Также он, пользуясь своей силой, половинил запасы чая и всего съестного у проходящих через «восьмёрку» людей, объясняя им, что они в хату едут, а ему здесь нужнее. Бояться ему здесь было некого, сюда попадали только те, кто сами боялись попасть в общаковую камеру. И синяки от побоев в общем отстойнике не уменьшали его «авторитета» здесь, среди общественников и опущенных. Последних он, конечно, не трогал и не брал у них ничего, заставляя только постоянно чистить парашу, через которую проходила единственная дорога, соединяющая женские хаты и камеры малолеток с остальной тюрьмой.

Среди «красной» половины заключённых большинство всё же придерживались понятий, и дорога почти всегда функционировала исправно. Но сейчас в «восьмёрке» царствовал озлобленный на черноту Плетнёв. И когда романтическая часть арестантов слала своим возлюбленным, которых они зачастую даже в глаза не видели, конфеты или какие-нибудь поделки местного ширпотреба, он распаковывал эти груза. И если ему что-то нравилось, забирал себе. Вот и сейчас, когда через какое-то время после вечерней проверки заключённые наладили дорогу между корпусами и с нового корпуса пошли малявы и груза, часть из них предназначалась женщинам и пошла через «восьмёрку».

— Слышь, там прогон идёт с девять один по всем трассовым хатам, — говорил в отстойник голос с соседней камеры, передавая первую партию «почты» с нового корпуса. — Вчера за ночь пять грузов не дошло до один семь, один восемь и до шестёрки…

— Ну, а мы тут при чём?! — крикнул Плетнёв, не дав ничего ответить человеку, находящемуся возле кабуры.

 — Мы всё отправляем, что через нас проходит!

После недолгого раздумья голос с кабуры сказал:

— Понятно. Ну прогоните там дальше, может в пятёрке там в курсе.

Плетнёв взял груза и, бегло прощупав их, передал их человеку возле параши, который дежурил на трассе.

— Ну, Лупатый, отправляй. И прогони там им, где груза застревают?

Человек с выпученными от природы глазами, за что и получил кличку Лупатый, молча отправил всю почту, упаковав её в целлофановый пакет.

Ни он, ни ещё двое их сокамерников не знали о вчерашних махинациях Плетнёва с грузами. Они только сегодня пришли этапом, а двоих вчерашних свидетелей этого днём раскидали по хатам. Поэтому Лупатый добросовестно сделал прогон на уже женскую камеру, следующую дальше по трассе.

Пока в женских камерах разбирались, где могли застопориться вчерашние груза, Лупатый заварил чай и заискивающе позвал Плетнёва.