Тайна рождения

И главным среди них стало нетерпеливое стремление хоть на миг испытать то, что люди называют любовью… Не этим ли бредят все пятнадцатилетние девчонки любых сословий и рас? И разве Варя могла полюбить другого, если рядом был граф Петровский? Никто не виноват. Судьба!

Когда-то именно судьба все решила за Елену, которая увидела на рождественском балу молодого графа и обомлела от восторга: вот он, предмет ее девичьих грез! Владимир Петровский уже уезжал, еще пара минут — и они разминулись бы в тот вечер, а в другое время и в ином месте, возможно, не очаровали бы друг друга…

Остановившись, Елена вгляделась в раскрасневшееся Варино лицо.

Девушке, казалось, не хватает воздуха, и графиня подумала, что ее положение уже, должно быть, сказывается и на выносливости. Хотя срок вроде еще маленький, но графиня слышала, что все по-разному переносят беременность.

Против воли это прозвучало заботливо. И девушка сразу уловила эту перемену тона, но испугалась еще больше. Елена подумала, что ее мягкость производит на девушку впечатление крокодиловых слез, верить которым нельзя.

— Нет-нет, барыня! — торопливо заверила Варя, но рукавом отерла мелкие капельки пота, заблестевшие на лбу.

— Не стесняйся сказать, если я иду слишком быстро.

— Нет, в самом деле! Я настаиваю, чтобы ты сообщала мне о своих желаниях и недомоганиях.

— Мне бы это… в кустики сбегать. Очень часто хочется.

— Ну конечно! — Графиня вспомнила, что о таком ей тоже рассказывали. — Беги, если… если это удобно.

Юркнув в кусты, Варя скрылась из вида, а Елена Павловна отвернулась и немного отошла в сторону.

«Девчонке необходимо спокойное расположение духа, чтобы ребеночек развивался здоровеньким, а я не позволяю ей расслабиться ни на минуту, — упрекнула себя графиня. — Она боится меня как огня. Но как иначе? Не могу же я, в самом деле, подружиться с ней? Она причинила мне такую боль». Елена Павловна без усилий воскресила в памяти то, что обожгло ее ужасом, когда она вошла в спальню и увидела…

Она быстро мотнула головой: «Нет, лучше не вспоминать! Слишком больно».

Ей опять пришлось притянуть сегодняшнее решение: что было, то было. Если уж она решила простить мужа и забрать Вариного ребенка, чтобы они с Владимиром воспитали его как собственного, сейчас необходимо создать этой мерзавке все условия, чтобы она пребывала в радостном состоянии. Она еще хлебнет отчаяния, когда потеряет свое дитя, которое вынашивала девять месяцев.