Вемунд приподнялся на кровати и быстрым движением повернул ее на спину. Затем он положил руку ей на живот. Элизабет в шоке закричала и стала сопротивляться, как дикая кошка. В одно мгновение Вемунд осознал неприятные последствия злоупотребления водкой. Он издал стон и расслабился. Быстрая, как горностай, она освободилась из-под него и вскочила на ноги. Он продолжал лежать на кровати, но по-прежнему держал ее за руку.
— Элизабет, — пробормотал он. — Прости меня! Эта проклятая водка! В голове все кружится, я даже не могу пошевелиться… Прости меня, мой дорогой друг, ты этого не заслужила.
Я не думал применять против тебя силу, я был сам не свой!
— Я ухожу, Вемунд, — тихо сказала она. По ее телу пробежала дрожь.
— Да. Мне так неприятно из-за этого, это не должно было так завершиться.
— Забудем об этом.
— Да, — с горечью произнес он. — Забудем об этом.
— Я… хочу поговорить с тобой, когда ты будешь трезвый. И, Вемунд… Ничего с собой не сделай! Ты мне нужен.
Он в отчаянии улыбнулся.
— Я тебе нужен! Ты слишком мила, Элизабет. Я завтра зайду, если смогу стоять на ногах.
Ей показалось, что она услышала нотки радости в его усталом голосе. Как будто у него появилась какая-то зацепка в жизни…
Она погасила все свечи и закрыла за собой наружную дверь. Ночь была по-осеннему прохладной, но Элизабет этого не замечала. У нее горело все тело.
— Спасибо, Господи, — прошептала она, глядя на звезды. — Спасибо за водку! Если бы она его не ослабила, я бы не смогла сопротивляться!
Но, с другой стороны, Вемунд вряд ли набросился бы на нее, если бы он не был пьян.
Рассуждая про себя, она прошептала:
— Спасибо еще раз!
«Боже мой, что же происходит с моим телом?» — с ужасом подумала она, медленно пробираясь между деревьев. Только сейчас она заметила, что была одной из горячих женщин Людей Льда, которые не могли скрывать свою тягу к тем, в кого они были влюблены.
— Как долго я спала, — подумала она вслух. — Я проспала много, много зим, проспала весну и лето…
В ее голове зазвучал мотив выученной когда-то песни.
О тоскующей женщине."
"Солнце печали выжжет нашу землю.Ночные слезы застынут от холода.Луна блестит на мечтающем снегу,Весна придет, но не ко мне.Но Элизабет довольно скоро осознала, что сейчас не время для нежных чувств. Вожделение, которое несмотря ни на что возбудил Вемунд, не давало ей покоя. Она проклинала пьяного нахала.
«Он был омерзителен! — ныла она про себя.
