Но чувство триумфа окупало любые неудобства. Шаваны сидели завороженные, совсем забыв про жратву. Боялись смотреть, но не могли удержаться. Так и рыскали глазами: от Аланис к миске – и обратно. Первой пришла в себя Чара. Буркнула что-то про духов-странников, погрозила Аланис кулаком и начала есть. Потом один за другим ожили ханида вир канна. Кто-то пошутил о крови северных волков: наполнить бы ею пруд возле Первой Зимы, вот бы славно искупались! Другой ответил: а потом можно коней искупать… Все заржали.
Только Пауль по-прежнему молчал.
Аланис повернулась так, чтобы волосы упали ему на плечо. Он выцедил:
- Иди помой голову. Над тобой мухи жужжат.
- Что за брезгливость, Гной-ганта? Согласно легенде, мухи – твои родичи.
- Поди помойся, я сказал!
Она выдержала издевательски длинную паузу. Набила полный рот, стала жевать, нагло глядя ему в лицо. Пауль схватил ее. Зло, жадно и немного жалко. Она ощутила пот на его ладонях. Замерла, сжалась. Возможно, прямо сейчас… Жидкость тела, победа!.
. Тьма холодная, как вытерпеть...
Пауль поднял ее и вытолкнул из-за стола.
- Прочь!
Она ушла, утащив за собой тугую связку взглядов.
Чистой воды всегда не хватало. Иногда Пауль являлся в шатер Аланис, мылся в ее воде и уходил голым. Поддерживал чистоту, подпитывал легенду о «любовнице Гной-ганты». Она надеялась, так будет и сегодня, и держала пиявку наготове. Но Пауль не пришел. Аланис не знала, проживет ли пиявка целые сутки во фляге. А если нет – может, и ладно? План в любом случае был мерзок: дать твари насосаться из Пауля, потом съесть ее.
Даже пред лицом голодной смерти Эрвин отказался жрать червей. Аланис отлично понимала его чувства…
Но другой вариант – хуже в тысячу раз. Нет уж, пиявка – не мерзость. Пиявка – спасение!
Пауль спал под открытым небом, при нем дежурили несколько ханидов. Они удивились ей: Пауль, бывало, ходил в ее шатер, но она к нему – никогда.
- Соскучилась, - сказала она и прошла сквозь часовых.
Присев подле Пауля, послушала дыхание. Он хрипло рвано сопел, глаза дергались под веками. Паулю снился кошмар. Аланис не знала, что законченным гадам тоже снятся кошмары.
Она разжала ладонь, на которой копошилась пиявка. Подивилась сходству ситуаций: когда-то черви сохранили ей жизнь, теперь пиявка спасет ее честь. Если все получится, не нужно будет даже поцелуя.
Часовые косились на нее, потому Аланис погладила волосы Пауля.
