Решение проблемы напрашивается само собою.
Она протянула Ионе нечто светлое и пушистое.
- Парик?.. Вы хотите, чтобы я носила… вот это?!
- Ага. Надень и прекрати пугать людей, особенно – матушку.
- Я вам настолько немила?.. Он же светлый, даже не моего цвета! Ничего не должно остаться от Ионы Софии?..
- Миледи, мы выбрали светлый, чтобы вас порадовать.
- Вы совсем меня не любите?..
Эрвин фыркнул:
- Какого черта ты спрашиваешь? Когда трагично окончишь свои дни, будем ли мы рыдать над могилой? Черта с два! Напьемся тебе на зло и станем целоваться.
- Эй, - возмутилась Минерва.
- Я с Нексией, а владычица – с Нави. И все на твоей могиле, сестра.
- Мучители…
- Вовсе нет. Это ты привыкла быть жертвой. Конечно, ты прекрасна в этом образе, но хватит! Мы хотим вернуться к обычной жизни. Желаешь с нами – оставь трагедии за порогом.
Иона шмыгнула носом, уткнувшись в парик. И ощутила… избавление.
Она видела слишком много ужасов. Если она – хороший человек, то обязана страдать. Нельзя быть хорошим человеком и легко стерпеть убийства, кости, Персты Вильгельма, собачьи клетки.
Но если сама императрица и любимый брат запрещают мне, то, возможно, я имею право не испытывать мучений?.. Иона кротко спросила:
- Как часто, по-вашему, мне следует страдать?
Минерва коснулась пальцем Вечного Эфеса.
- Леди Иона София Джессика рода Светлой Агаты, дарую вам право один час в сутки быть трагичною жертвой.
- Благодарю за высокую честь…
Она надела парик, растрепала, надвинула волосы на глаза. Мира подала зеркальце, Иона выглянула между прядей.
- Я – блондинка…
Блондинка, как Аланис. Она взяла меня за руку, призналась в любви – и умерла. Сеймур Стил погиб, защищая меня. Отец убит на моих глазах своим собственным сыном. Если у меня есть душа, она должна порваться на клочки.
Но мама жива – вернулась из чудесных странствий и подарила альбом. И братец жив – сидит же, зараза, смеется надо мною. И его альтесса рядом… Или не альтесса? Или одна из двух? Боги, я запуталась… Осталось в живых так много людей, которых я хочу любить! Можно, я не буду страдать? Можно, почувствую счастье? Хоть немножечко!.
.
- Умница, - Эрвин подал ей чашку. – Теперь выпей, и поговорим о серьезном.
- А прежде был не серьезный разговор?
- Нет, просто к слову пришлось. Ты – вовсе не главная тема, еще чего возомнила.
Альтесса брата - или не альтесса, все равно счастье, что жива - Минерва сказала:
- Леди Иона, вот главные новости. При так называемом дворе Адриана есть мои люди.
