Теща горного короля

Это было что-то из сознания Юнии, такое же глубокое, как память тела.

Несмотря на неудобную позу, я начала засыпать и вдруг под опущенными веками промелькнуло секундной вспышкой: большая темная комната, камин, языки пламени, облизывающие обугленные поленья. И постель, усыпанная черными лепестками…

- Сола Юниа! – чья-то рука трясла меня, ухватив за плечо. – Проснитесь. Мы в Верто.

Бледная моль, закутанная в черный плащ, наклонилась надо мной, стоя на ступеньке повозки. Я узнала ее только по голосу, потому что не было видно ни зги.

С трудом вытащив из-под себя затекшие ноги, я села. И зашипела от боли – кровь вернулась туда, куда ей не было ходу, и ступни заполыхали огнем. Почти так же, как в ванне, когда меня засунули в нее отогреваться после горных сугробов.

Нащупав на полу сапоги, я обулась и осторожно выбралась из повозки. Она стояла на широкой городской площади, которую освещали несколько фонарей, похоже, газовых. Это меня немного удивило, но потом я вспомнила в нашем мире газ для уличного освещения начали использовать с пятнадцатого века.

По уровню развития, как мне показалось, этот мир примерно соответствовал европейскому Высокому средневековью, но я знала об Иларе слишком мало, чтобы делать какие-то обобщения.

Трех- и четырехэтажные дома, выходившие на площадь, при тусклом свете было толком не рассмотреть. Однако по очертаниям они больше напоминали наш северный модерн, чем ожидаемую готику. Под ногами я обнаружила ровные каменные плиты, а вовсе не булыжники или брусчатку.

Впрочем, долго озираться мне не позволили.

Гвардейцы окружили и без слов дали понять, что я не на экскурсии. Один стражник шел спереди, другой сзади, третий слева. Если б я вдруг решила сбежать, все равно не получилось бы, потому что вели меня, почти вплотную притиснув к стене дома. За гвардейцами плелась служанка. Я оглянулась в надежде увидеть Иттара, с которым хотела побеседовать еще, но, похоже, он должен был ночевать где-то в другом месте.

Угловой дом оказался чем-то вроде постоялого двора.

Зайдя с улицы, путешественники попадали в таверну или харчевню, где за грубо сколоченными столами сидели мужчины и женщины в дорожных плащах. Они громко разговаривали, пили что-то из высоких кружек и ели мясо, нарезая его в тарелках большими ножами. За боковой дверью находился общий зал с несколькими рядами лежанок: я успела разглядеть это, когда кто-то выходил.

Деревянная лестница вела на второй этаж – на узкую галерею, которая с двух сторон ныряла в коридоры.