Тринадцатый странник

Совсем другая, ведь так?

Его ладонь скользнула мне на затылок и сжала волосы. Я насмешливо подняла бровь. Ландар изучал мое лицо — внимательно, остро, так, словно видел первый раз. И в темных глазах плескалось удивление.

— Настоящая любовь, значит, — с улыбкой протянул он, сжимая мне волосы. Улыбался, но я не видела веселья в его тьме.

— Закон мироздания, — я тоже улыбалась. Все же именно он воспитал меня. — В жизни все повторяется дважды, слышал?

— Ты ничего не знаешь! — ярость взметнулась в нем мгновенно. Комната вспыхнула огнем, он запылал разом везде — на бархате диванов, на тяжелых портретах, на антикварных столиках и старинных вазах.

— Я даже знаю, что ты увидел в Зеркале Сущего, — глаза слезились, но я все еще смотрела в его лицо, оплетенное черной паутиной. — Ты увидел свадьбу, не так ли? Мою. Не с тобой. Только это могло довести тебя до такого состояния!

— Замолчи! Ты ничего не понимаешь! — пламя уже пожирало комнату, где-то выла пожарная сигнализация.

— Иначе что? — прошептала я, глядя ему в глаза. Черт, почему не появляются крылья? Почему он до сих пор сдерживает себя? — Что, мой князь? Убьешь? Замуруешь в стену? Уничтожишь, как уже делал? Давай. А однажды, может быть, родится девочка с бирюзовыми глазами, и ты начнешь все сначала. Сколько нужно попыток, чтобы понять, что все бесполезно? — Я орала, пытаясь прорваться сквозь рев пламени и ярость Ландара. — Сколько? Ничего не выйдет, понимаешь? Копия никогда не сравнится с оригиналом! Никогда! И я — не Нория! Я хочу прожить свою жизнь! Свою, настоящую жизнь.

Он откинул голову, с силой втягивая воздух, а потом… Ландара оторвало от меня с такой силой, что князь впечатался в каменную стену, выбивая осколки из вековой кладки.

— Диана, я ведь просил подождать меня, — процедил Ян, не сводя ненавидящего взгляда с Ландара.

Тот рассмеялся и покачал головой.

— Вот теперь все в сборе, — вкрадчиво сказал князь. — Почти. Ты забываешься, Ян. Диана моя жена. А тебя не касаются наши милые семейные сцены.

Я хотела закричать, но лишь прижала ладонь к губам. Пламя погасло, оставив после себя закопченную мебель и горький пепел. Но вот крылья Ландара так и не появились. Черт, но почему?

Ян вскинул голову. И у него, в отличие от князя, суть проявилась — крылья бились, заслоняя мне обзор. За прошедший час черноты стало еще больше, смолянистая тьма поглотила белизну почти полностью. Так что я бочком протиснулась в сторону, выглянула.